Австрийские фрукты

И спросила, обращаясь к врачу: – Долго укол будет действовать?

– Часа четыре поспит, – ответил врач. – Потом еще раз обезболивающее уколете, я вам оставлю. Да вы не волнуйтесь, – добавил он. – Сломанные ребра и сотрясение – это, считайте, легко отделался. Нога, возможно, и не сломана даже. Завтра организуем рентген. Ничего страшного с ним не случилось.

– Мне трудно так считать.

По тому, как дрогнул ее голос, Танька поняла, что держать себя в руках совсем, полностью даже она не может.

Тут дама перевела взгляд на Таньку и сказала:

– А тебе моя благодарность безмерна, Таня. Если бы не ты… – Она на секунду отвернулась, потом спустилась вниз, положила руку на Танькино плечо и спросила: – Родители знают, где ты?

Если бы про это спросили Нина или Егор, Танька просто ничего не ответила бы, глядя им в глаза. Нахальство всегда отлично действует, это она знала. Но не ответить этой Евгении Вениаминовне – ну и имя-отчество, язык в трубочку свернется, пока выговоришь! – ей почему-то было трудно.

– Ну-у… э-э-э… – невнятно протянула Танька.

– Ты можешь им позвонить?

Вот на этот вопрос ответить было нетрудно.

– Нет, – помотала головой Танька.

Телефона у них с матерью не было. Да если бы и был…

– Ты живешь не в Москве?

Танька кивнула.

– В таком случае давай поступим так: ты переночуешь у нас, а утром мы вместе решим, что делать дальше.

Танька была согласна. Вернее, ничего другого предложить не могла. Не на улице же ночевать. Тем более что непонятно, где она находится. За городом, может, судя по тишине за окном.

– Я тоже у вас останусь, – сказал Егор.

– В этом нет необходимости, Егор, спасибо. Я никого не впущу в дом, не беспокойся, – сказала Евгения Вениаминовна.

– Но… – начал было он.

– Если это окажутся те, кого не смогу остановить я, то и ты не поможешь.

– Да за что спасибо? – пожал плечами Егор.

– За все.

Пока Егор и Нина разговаривали с Евгенией Вениаминовной, потом провожали врача, потом прощались сами, Танька забралась с ногами в кресло под торшером.