Стихи о границе и войнах (Второй сборник). Рожденный в СССР

1987

Ожидание славы

На самой восточной заставе,

У старого мыса Анива,

Мечтает мальчишка о славе,

Суда провожая с залива.

На вышке стоит он часами

И смотрит на синее море.

Где чайки кричат над волнами,

А волны шумят на просторе.

Но слава к нему не приходит,

Наверно, пора не настала.

Спокойное солнце восходит,

Два года для службы так мало.

Не слышно здесь пушек ворчанье

И свиста не слышно снарядов.

Лишь волн при прибое рычанье

Вонзается – вместо раскатов.

Но всё же тревожна граница

И может случиться такое…

Что этот парнишка, как ангел,

Собой небеса успокоит.

    19.08.1992

Рабы-офицеры

Я от жизни устал, мне всё так надоело,

Что готов умереть, чем так жить неумело.

Ну, а кто я такой? На пути моём – стены,

Я – пожизненный раб КаГэБэ и системы.

Хоть работай, хоть нет – это мало что значит,

Всё равно весь твой труд под хвостом замаячит.

Нет законности, прав у раба-офицера,

И Москва для меня не направит курьера.

Всё в руках командира – и финансы, и власть,

Вот, используя власть, он и кушает всласть.

Будешь ждать ты квартиру больше дюжины лет,

А они получают и не жгут партбилет.

В магазин он не ходит, а в квартирах уют,

Дефицит всей планеты прямо с базы везут.

И никто им не скажет этой правды в глаза,

Разве только проблеет из загона «коза».

Но язык тот «козлиный» командир не поймёт,

Ведь признать не захочет, что ворует и врёт.

Подхалимы всё лижут, а «сексоты» стучат,

Жаль, рабы-офицеры всё молчат и молчат.

Ну, когда же ударит перестройки гроза

И когда уж откроет прокурорам глаза?

Почему не осудят всех чванливых чинуш?

Дух былого застоя выползает, как уж,

И у дойной коровы пьёт опять молоко,

И ползёт на высоты, где достать нелегко.

Пробудитесь, народы! И откройте глаза,

Расшифруйте дословно, что там блеет «коза»?

А она ведь всё знает, и она не молчит,

Но в закрытые двери лбом напрасно стучит.

Мы рабы-офицеры, как и были, без прав,

А у боссов, что выше, не меняется нрав.

Растоптать, опорочить, разлучить, наказать,

А на жалобы, слёзы им, увы, наплевать…

Вот и рушатся судьбы и уходит семья,

Только смерть нас избавит от судьбы бытия.

    24.01.1991

Катер снова уходит в дозор

В безлунной стихии пролива, укрывшись высокой волной,

На шхуне нарушил границу с Хоккайдо «рыбак» подставной.