Вихрь. День, когда разорвался мир

Ну, то есть… цюндер? Да еще и бегун? Как вообще ты смог пройти тест, чтобы стать кандидатом?

Лука посмотрел на Тревора так, словно очень хотел подпалить ему брови.

– К счастью, незадолго до этого меня научили читать и писать, – прошипел он.

Тревор, кажется, всерьез собирался спросить: «Ты умеешь читать?!», но, к счастью для себя, вовремя передумал.

– Луку еще ребенком усыновил господин Вудроу, наш главный штурман, – объяснила Мия Розе с приторной улыбкой на лице. – Тогда он, конечно, не знал, какие проблемы это ему принесет.

Мия засунула в рот жвачку, которая ужасно воняла искусственной клубникой, и лопнула огромный пузырь.

– Мне до сих пор кажется невероятным, что господин Хоторн не отправил тебя в одну из зон.

Лука сверкнул глазами, взглянув на Мию, но промолчал и лишь улыбнулся в ответ.

– Я имею в виду, что ты, бесспорно, самое глупое существо на свете.

– Бесспорно только то, что живое доказательство обратного стоит сейчас прямо передо мной, – парировал Лука, и до Мии не сразу дошло, что ее оскорбили.

Возмущенный визг, прозвучавший вскоре, вызвал у меня ухмылку.

Хольден склонился ко мне так близко, что я ощутила его дыхание на своей щеке.

– Почему ты до сих пор с ним дружишь? – прошептал он, но недостаточно тихо, чтобы Лука не услышал его слова.

– Потому что она предпочитает окружать себя людьми без метровой палки в заднице, – сказал Лука, и его глаза замерцали красным цветом.

– Смешно, Вудроу.

Хольден сделал шаг в сторону Луки.

Черт возьми! В последние годы между ними не раз завязывались перепалки, и каждый раз мне с трудом удавалось сдерживать Луку. Нападение на Хольдена – это самый быстрый способ оказаться в зоне. В таком случае даже Гилберт не смог бы ему помочь.

Сейчас ситуация снова повторялась. Глаза Луки блестели, а его рука уже схватила Хольдена за ворот футболки.

– Ты хотел мне что-то сказать, папенькин сынок? Тогда скажи это.

Хольден приподнял брови:

– О, у меня так много всего накопилось. Но я боюсь, что ты не поймешь и половины.

Я положила руку Луке на спину, между лопатками, как всегда делал Гилберт, когда хотел его успокоить. Его кожа уже нагрелась, и я поняла, что разрядить обстановку нужно как можно быстрее.

– Друзья, мы хотим быть командой, вы не забыли об этом? – спросила я.