Вихрь. День, когда разорвался мир

Он положил свои руки мне на плечи и посмотрел прямо в глаза:

– Как здорово снова видеть тебя здоровой, Элейн. Я поздравляю тебя с победой!

Его слова прозвучали, как никогда, профессионально. Вид Гилберта, так же как и вид тети, едва выдавал волнения последних часов, если не принимать во внимание морщину на его лбу величиной с Гималаи. Казалось, Гилберт и Лис всегда владели собой, были даже немного холодны в общении, но я все знала и понимала.

Одно то, что он сейчас был здесь, говорило о многом.

– Ты произвела такой фурор, – сказал он. – Другие кураториумы всполошились. Каждый хочет знать, что случилось.

Я тоже хотела знать, что случилось! Меня трясло, когда я вспоминала, что мой прыжок прямо на финишную черту показывали по всем новостным каналам. Хорошо, что у меня не было возможности посмотреть свежие выпуски на моем детекторе.

– Ты можешь описать, каким образом прошел твой последний прыжок? – спросил Гилберт. – Ход гонки был, собственно, ясен. Судя по всему, ты должна была проиграть.

– Я знаю, – возразила я слабо. – Я имею в виду… я думаю, это произошло случайно.

Гилберт покачал головой, не соглашаясь со мной. Он набрал что-то на дисплее своего детектора и показал мне. Рядом с моей фотографией один за другим загорались показатели вихрей, через которые я прыгала.

– Это было не случайно, – сказал он. – Посмотри.

Гилберт указал на последний вихрь. До моего прыжка он вел от Анкориджа до Мехико-Сити, но, как только я впрыгнула в него, он изменил свое направление… на Новый Лондон.

– Это невозможно, – сказала я и прикрыла рукой рот.

Вихрь, который менял направление?

– Это и есть аномалия? Лис только что рассказала мне об этом.

Гилберт кивнул с самым серьезным видом:

– То, что там произошло… Элли, это всех очень беспокоит. Вихрь изменился именно в ту секунду, когда ты впрыгнула в него. А что, если это только один из многих вихрей, которые ведут себя необычно? Это может вызвать панику.

Я сглотнула. Неужели это значит, что вихри меняются? Неужели могло произойти второе Великое смешение? Это было бы ужасно! Ведь ученые всегда утверждали, что первое появление вихрей – это неповторимое событие. Как импульс, который абсолютно по-новому перестроил Землю вместе с ее странами, океанами и всеми, кто на ней обитал.

– Хоторн беспокоится, что с тобой могло что-нибудь случиться, – сказал Гилберт.

– Со мной? – спросила я.