Как избавиться от ведьмы за пять дней

Академия магии направила меня к вам квартироваться, – как можно дружелюбнее произнесла я и широко улыбнулась.

Старушка ничего не ответила, только достала из кармашка на груди пенсне и нацепила на крючковатый нос. Ее маленькие глаза-буравчики под искажением линз стали просто огромными.

– Ишь ты… Девка в брюках! – сказала она, закончив меня изучать. – Куда только мать смотрит.

– Мне двадцать три. За мной не нужно смотреть, – ответила я и подчеркнуто вежливо спросила: – Могу увидеть госпожу Калотту?

Еще оставался шанс, что дверь мне открыла какая-нибудь полоумная старушка-мать или даже бабушка хозяйки пансиона.

– Я госпожа Калотта. Документики покажите, – ответила она, прищурившись.

Сразу стало ясно, что с госпожой Калоттой мы не подружимся. Я достала из плаща помятое направление. Пять минут хозяйка пансиона изучала документ, а затем нехотя соизволила пригласить меня в дом.

Я переступила порог и оказалась в темном, плохо освещенном коридоре.

– На первом этаже столовая и гостиная.

Остальные комнаты жильцам посещать нельзя. Завтрак в семь утра, обед в два часа дня, ужин в шесть. Длится все час. Опоздаете – останетесь голодной, – рассказывала госпожа Калотта, пока мы поднимались по узкой лестнице на второй этаж. – Животные категорически запрещены, гостей и тем более мужчин водить в личные комнаты нельзя. Увижу хоть одного кавалера, и вылетите, как пробка из бочки с ягодной шипучкой. Вопросы есть?

Говорила госпожа Калотта бегло, двигалась быстро и ловко, что весьма необычно для ее возраста.

– Нет, – ответила я.

Старушка остановилась напротив одной из комнат и снова пристально на меня посмотрела.

– Комнаты я сдаю всем желающим. В основном мужчинам. Других жильцов тоже к себе водить нельзя.

Если послушать госпожу Калотту, я приехала в Полермут развлекаться, а не работать! Причем развлекаться самым непотребным образом.

– А к ним ходить можно? – не удержалась и спросила я.

– Естественно, нет! – задохнулась от возмущения госпожа Калотта.

– Нет так нет, будем встречаться где-то еще, – я пожала плечами.

Вид у хозяйки был такой, будто ее вот-вот хватит удар. У меня же проснулась совесть. Нехорошо так шутить над старым человеком. Она – пережиток прошлого века, да еще из захолустья. Тут никакие объяснения о начавшейся эмансипации не помогут. Я даже подумывала извиниться перед поборницей чопорных правил, но та уже достала из кармана ключ и открыла дверь.

– Ваша комната. Вещи вчера привезли.