Книги девам – не игрушки. Если только чуть-чуть

– Никакого особого лечения данный недуг не требует, единственные рекомендации, которые я могу вам дать, это, как я уже говорил, отдых и свежий воздух.

С этими словами мужчины вышли из комнаты, оставив победно улыбающуюся Алису наедине со своими мыслями и сладостью победы.

Прошло совсем немного времени, может минут пятнадцать-двадцать, как Алиса услышала звук поворачивающейся дверной ручки, и поспешно прикрыла глаза. По звуку уверенных шагов, она узнала своего супруга, он присел на край ее кровати и взял ее руку в свою ладонь.

– Элис, – он тихо позвал ее. – Ты не спишь?

– Нет, – ответила Алиса и приоткрыла глаза. – То есть, да. Я не сплю. Просто я ощущаю слабость. Мне и в самом деле, очень неудобно, что я причиняю Вам столько неудобств, но я абсолютно ничего не помню, и это так мучительно. А вы, в самом деле, мой муж?

– Определенно, я твой муж. Ох, Элис. Могу, я что-нибудь для тебя сделать?

– Нет. Благодарю. Хотя, я немного проголодалась, и не против сейчас съесть чего-нибудь.

– Да, конечно. Я распоряжусь, чтобы тебе принесли поесть. Или же ты хочешь присоединиться ко мне за обедом? Мама, уехала, мы решили, что тебе сейчас будет не до светских вежливостей. Поэтому мы можем пообедать вдвоем. Но, наверное, будет лучше тебе сейчас не вставать.

– Я бы предпочла не оставаться одна. Мне тревожно, у меня такое впечатление, что я вот-вот все вспомню, но мысли ускользают от меня, как песок сквозь пальцы, – и Алиса издала такой печальный вздох, что сама удивилась, что так умеет вдохновенно врать.

– Тогда, я скажу Джону, чтобы он поставил для тебя прибор.

– А кто такой Джон?

– Это наш лакей, дорогая, – с жалостью посмотрел на девушку супруг.– Я позову горничную, чтобы она помогла тебе переодеться. Ее ты тоже не помнишь?

Алиса, поджав губы, отрицательно покачала головой.

– Не беспокойся, дорогая, все образуется, – он задумчиво похлопал ее по руке и с этими словами вышел за дверь.

Пока все шло именно так, как Алиса и задумала.

Горничная зашла и с беспокойством посмотрела на Алису.

– Мистер Уайтстоун сказал, что я должна назвать вам свое имя. Меня зовут Милдред Блюберд. Мисс Блюберд, – уточнила она.

«Тяжко бы ей жилось у нас дома с фамилией – зяблик», – думала Алиса, пока мисс «Зяблик» в очередной раз укладывала ей волосы.