Второй шанс возврату не подлежит

 – Чарити, ты уже думала, куда хочешь поехать на практику в конце семестра?

– Надеюсь в Дюрсиндел.

– Постойте, разве практика не после окончания академии? – уточнила я.

– Есть еще двухнедельные практики между семестрами, – объяснил Персиваль. – Для полевых работ, так сказать. Я хочу в горный край к драконам. Всегда мечтал увидеть их вживую.

– Но драконы опасны! – воскликнула Чарити.

– Не для мага моего уровня.

«Хм, скромняшка», – мысленно отметила я и, как бы между прочим, уточнила:

– Кстати, а где мистер Вудс?

– Где-то неподалеку, – пожал плечами Персиваль.

– Мне нравится. Можешь попробовать одну, – ляпнула я, не подумав о том, что это совершенно неприемлемо с точки зрения этикета.

Кстати, не мешало бы и о нем почитать на досуге. Персиваль не моргнув глазом залез вилкой в мою тарелку и утащил фрикадельку. У Чарити от удивления открылся рот. Я склонила лицо и попыталась прикрыть его рукой.

На наш столик уставились десятки недовольных девичьих глаз. Первый красавчик академии тратил свое драгоценное время и внимание на двух отщепенок. Я третьим глазом чувствовала, как с каждой секундой в рядах моих «друзей» прибывает.

Покончив с обедом, мы с Чарити направились к себе, но и тут Персиваль увязался за нами.

– В последнее время в стенах академии неспокойно. Я провожу вас, – сообщил он, и не думая спрашивать разрешения.

В принципе, я была с ним полностью согласна, но меня не покидало ощущение, что это всего лишь предлог. Весь путь от главного здания до корпуса я наблюдала за метаморфозами на лице соседки. Щеки пылали, ресницы трепетали, глаза косили в сторону кавалера.

– Хорошего вам вечера, увидимся завтра на занятиях, – сказал Персиваль и галантно открыл нам дверь.

– До завтра, – тепло улыбнулась Чарити, явно желая побыть в компании защитника угнетенных леди чуточку дольше.

– Пока-пока, – нетерпеливо бросила я, буквально заталкивая подругу в дверной проем.

Не знаю, что у него на уме, но разбить сердечко своей подруги не позволю.

– Сансара, да что с тобой? – с раздражением спросила она, когда дверь за нами закрылась. – Нельзя быть такой грубой!

– Мне можно, ведь я уже потеряна для светского общества. А тебе стоит быть начеку с этим самодовольным типом. Он явно что-то задумал.