Парадокс ситуации. Новеллы

А супруга тем временем навещала Серёжу, подкармливала свежими фруктами и иногда даже подбрасывала бутылочку пива, всё уже шло на поправку, профессор успокаивающе беседовал часто с женой.

– Знаете что, дорогуля? – не скрывая своих симпатий, глядел профессор поверх очков. – Если у вашего мужа впредь начнут появляться подобные нехорошие мысли, вы сразу рисуйте ему шлагбаум. И всё! Поверьте, всё остановится и всё будет прекрасно, как у меня, когда-то в далёкой молодости. Эх! Где го-ды мои мо-ло-дые.

Да! У профессора ведь по молодости тоже случалось – всякое…

Так не несмотря ни на что Мендоза уверенно шел на поправку. Даже на то, что кроме постовой сестры Алёны, в этой самой клинике, с его точки зрения, был полный застой зелёной тоски. Но он и это мужественно пережил.

– Не-при-ятно-сть эту, мы пе-ре-жи-вём… – напевал Сергей, имея в виду поставленный накануне диагноз.

Сергей всегда сладко потягивался, особенно после горячего свидания с Алёной в процедурном кабинете, под медицинский неразбавленный спирт и страстные любовные лобызания, от которых Алёна вся трепетала, щебетала и потела, наводя под ночной лампой на лице косметику и заправляя волосы под белый медицинский колпак, с мыслями: – Вот это мужчина! Не то, что мой олух царя небесного. Вот это любовь! – остужала она своё разгоряченное дыхание, поднимая взгляд куда-то кверху под потолок.

Назавтра Сергея должны были выписать…

Впрочем, у профессора на Сергея были серьёзные планы, он защищал по нему новую диссертацию и новый способ лечения, в доказательство, что медицина может сделать гораздо больше, чем может.

– Как там наш пациент, которого мы сегодня выписываем? – первым делом с утра позвонил профессор заведующему отделением.

Но на этот раз после длинной паузы, он услышал сбивчивый, растянутый и какой-то совсем расстроенный голос заведующего.

– Знаете что, профессор… Мы его уже почти вылечили, но сегодня утром к нему в палату ворвался киллер и в упор расстрелял нашего пациента… из автомата… – в телефонной трубке наступило долгое гробовое молчание.

От услышанного профессора сначала бросило в жар, а потом в пот, а на лице осталась такое выражение, которое лаборантка, стоящая рядом с ним, ещё никогда в жизни не видела.