Очаровательное наследство

Дарнелл промолчал, хоть это и стоило ему больших усилий. Тему свадьбы в принципе и помолвки с Оливией Блумсбери в частности он не раз обсуждал с леди Маргарет и Ричардом. И каждый раз был непоколебим в своем решении. Дарнелл ценил свободу и не желал отказываться от радостей холостяцкой жизни. Но сейчас… сейчас его сердце сжалось от вида расстроенной девушки, которой приходилось выслушивать не самые искренние соболезнования.

– Добрый день, дамы и господа, – в зал вбежал господин Кипилус. – Прошу прощения за задержку…

– Да за кого вы меня принимаете?! – донесся из-за открытых дверей визгливый женский голос.

Господин Кипилус поспешно захлопнул створки и обвел взглядом собравшихся. Те, в свою очередь, недоуменно взирали на пожилого гнома. Господин Кипилус достал носовой платок и промокнул выступивший на лбу пот. Гном молчал.

– Мы собрались, чтобы услышать завещание лорда Ричарда Блумсбери, – напомнил Дарнелл, догадавшись о причине заминки.

– Ах да, – опомнился господин Кипилус и принялся рыться в своей кожаной папке.

Он нашел нужный листок, а затем, не отходя от двери, выпалил:

– Все имущество лорда Блумсбери отходит его дочери леди Оливии Блумсбери после того, как она выйдет замуж. До того момента опекуном юной леди назначается лорд Дарнелл Рейнхарт. Всем спасибо.

– Как?

– Постойте…

– Вы точно все зачитали?

Со всех концов зала слышались недовольные возгласы. Дарнелла же словно облили ушатом ледяной воды. К такому повороту событий он был не готов.

– Что это еще за лорд Рейнхарт?! – возмутилась грузная дама в траурном платье.

Ее глазки-буравчики безошибочно нашли Дарнелла и вперились в него.

– Я троюродная тетя Оливии, леди Сибилла Блумсбери, а этот… этот мужчина неизвестно кто! – выпалила она.

– Такова воля усопшего, – ответил гном и открыл дверь, чтобы спастись бегством от разгневанных родственников, но не тут-то было.

Там его поджидала другая леди, жаждущая чужого наследства.

– Это незаконно! Я настаиваю на пересмотре завещания! Где это видано – оставить все состояние глупой крылатой ящерице, – надрывалась красная, как помидор, женщина.

На господина Кипилуса было жалко смотреть. Бедный гном словно оказался между молотом и наковальней. Дарнеллу же порядком надоело это представление. Он кивнул леди Маргарет, давая знак, что пора уходить. Она ловко обошла свору дам и быстрым шагом направилась прочь из конторы.