Командирами не рождаются. Повесть

Поэтому для экипажа Б-181 работы по замене АБ продолжались обычным порядком, хотя и было принято решение проводить их не в три, а только в две смены, чтобы хоть как то обозначить праздник.

Когда после обеда Дербенёв построил экипаж и проверил готовность личного состава к работам, выяснилось, что Муренко, Ежов и назначенный вместо Сазонова командир ГУ БЧ-2 лейтенант Дрофеев отсутствуют в строю…

– Объявите по громкой связи отсутствующих! – распорядился Дербенёв стоящему на мостике дежурному по кораблю.

– Так вон же они идут, – показывая рукой в сторону акватории гавани, ответил капитан лейтенант Фетисов, служивший на Б-181 командиром группы целеуказания.

Все, в том числе и Дербенёв повернулись в сторону идущих по льду «следопытов».

Первым, возглавляя «колонну» и очень чётко ступая «по следу» не тронутому ледоколом, семенил замполит. Сразу за ним, вприпрыжку почти «след в след» двигался командир ЭНГ, за ним широкими размашистыми шагами «циркулил» Дрофеев, замыкал спешащую процессию неизвестно откуда взявшийся рыжий бездомный пёс по кличке Кабздох, который периодически из ниоткуда появлялся на построениях экипажей эскадры.

Темневшее справа от тропы пятно чистой воды заметное до обеда, за время снежного заряда, случившегося час назад, затянуло тонким льдом и припорошило снегом.

Пёс, радуясь внезапным компаньонам и, очевидно, воспринимая процессию, как нечто игриво-родное повизгивал и подпрыгивал, иногда обгоняла людей то слева, то справа по нетронутому снегу.

В какой-то момент он пробежал по свежему льду вперёд процессии и тут же, путаясь под ногами, вернулся обратно, оставив на снегу хорошие свежие отпечатки лап как раз в том месте, где ещё три часа назад работали буксиры.

Не надо быть пророком, что бы понять, кто именно воспользовался новой тропой. Ежов, до этого не задумываясь ступавший за замполитом, вдруг оказался рядом с ним, но ненадолго, потому что в следующий миг, когда лейтенанта «потянуло на собачий след» тело облачённое в шинель и шапку, ушло под лёд…

Дербенёву, как впрочем, и всему личному составу Б-181 не приходилось бывать на Южном полюсе и видеть как проворно «вылетают» из воды на лёд пингвины Антарктиды.

Но сейчас весь экипаж, наблюдавший за происходящим на льду, стал свидетелем вполне антарктического вылета своего сослуживца, которого так быстро «отрыгнула» ледяная вода, что замполит даже не заметил «потери бойца».

С этого дня тропу стали называть «Ежовой».