Желтый конверт

– Отец уже знает о результатах?

– Да он и не отходил от меня все это время!

– Ведь он был против?

– Не одобрял, конечно. Понимаешь, папа может иногда поворчать. Но он как квочка: никогда не выпустит меня и маму из-под присмотра.

– Ты рада?

– Я еще не понимаю.

Аня смотрит немного смущенно:

– Мне очень нравится город. Однажды я ездила с родителями в Ленинград. Но это было давно, почти ничего не помню. Помню только, что мы с мамой идем по очень широкой улице, подходим к двум молодым парням и спрашиваем, как пройти… не помню куда.

Они долго объясняют, а я стою с открытым ртом и слушаю их речь словно музыку. Никто из моих знакомых так не говорил, а взрослую классику я в то время еще не читала.

– Да, у потомственных ленинградцев речь особая.

– Wie weit bist du vertraut mit den Feinheiten der russischen Sprache?[1 - Как ты разбираешься в тонкостях русского языка? (нем.)]

Крис смеется:

– Ich bin Polyglott.[2 - Я полиглот (нем.)] Пойдем, я провожу тебя.

Глава 13

Над допотопным комодом, заставленным шкатулками и гипсовыми статуэтками, между двумя окнами покачивают маятником старинные настенные часы.

Отец ставит сумки на паркет:

– Фридрих Мауте. В наше время он стоит немалых денег.

О да. И часы отзываются тихим боем, словно невидимый шаман ударяет по язычку варгана.

Ровно двенадцать.

На Петропавловской крепости бьет пушка.

Аня стоит посреди комнаты у круглого стола и с любопытством осматривает свое новое жилище. На столе – скатерть с бахромой.

Над столом – рыжий абажур. Венские стулья. Винтажная этажерка. Книжный шкаф эпохи классицизма. Фикус. Еще один комод. Кажется, что вот-вот распахнутся белые филенчатые двери, и вбежит кривоногий и хромой Мойдодыр. И только простенькая софа, забившись в угол за дверью, напоминает вошедшим о реальном времени.

В потемневшем зеркале трехстворчатого шифоньера отражаются резные украшения и изящные бронзовые подсвечники еще одного обитателя квартиры.

– Папа, посмотри, настоящий Якоб Беккер.

Аня проводит ладошкой по крышке черного пианино.

– Да, я его уже видел. Неужели этот старичок еще на что-то способен?

– Что вы! Инструмент обладает вполне приличным звучанием.

Ксения Андреевна, худенькая добродушная хозяйка квартиры, выглядит таким же анахронизмом, как и ее владения.

– Аннушка, вам нравится комната?

– Да… Она очень уютная.

– Вот и хорошо. Располагайтесь. А я пойду приготовлю чай.

Хозяйка выходит.