Желтый конверт

А сейчас она стоит у окна в рабочем фартуке, с неизменной «метелкой» на голове и устало наблюдает в окно за тем, как вечер тихо накрывает город сумрачным покрывалом.

Глава 9

Октябрь разлил охру по желтому сентябрьскому ковру. В воздухе звенят первые заморозки.

Аня не спеша идет по аллее и поддевает ногами листья. Она вспоминает прежние осенние «шуршащие» прогулки в сквере у дома: в раннем детстве – с мамой, позже – с друзьями, в романтический период – с поэзией. Сегодня рядом «шуршит» Крис.

Он приехал без предупреждения.

Олег пригласил Аню на чашечку кофе. Она давно не видела Олега и с радостью согласилась. В кафе за столиком рядом с ним сидел Крис.

Аня уходит вперед, собирая в букет опавшие листья. Оборачивается. Желтые волосы, длинное темное пальто. Крис похож на деревья. Аня ловит себя на мысли, что он приходится им дальним родственником. Очень забавно.

– Мы с тобой одной крови, ты и я! – весело выкрикивает Аня и подбрасывает вверх листья. Она бежит назад к Крису.

Щечки розовеют от холодного воздуха.

Крис улыбается и качает головой:

– Это Киплинг, я знаю! Ты будешь становиться серьезной?

– Уже…

Аня немного задыхается от бега:

– Мой преподаватель в музучилище дал мне послушать оперу «Лючия ди Ламмермур» Доницетти. Скажи, разве можно сойти с ума от потери любимого человека? Разве жизнь останавливается на этом?

– Причины безумия бывают разные. Человек – великая тайна природы. Одни мужественно и стойко переносят куда более тяжелые испытания.

А у других не хватает душевных сил смириться с утратой. Но Лючия стала жертвой циничного обмана близких людей. Вероятно, внезапное ощущение полного одиночества и стало причиной ее помешательства. Бывает, что люди не выглядят потерявшими рассудок. Но их сознание не справляется с переменой в жизни, и они тихо теряют к ней интерес.

– Это, наверное, хуже смерти?

– Пожалуй, да. Тяжелое, безрадостное движение по кругу, вокруг одной точки должно быть похоже на преисподнюю. И вырваться из этого круга невероятно сложно.

Аня замирает.

– Что же ты загрустила?

Крис с улыбкой смотрит девушке в глаза:

– Скажи-ка, тебе понравилась сцена сумасшествия Лючии?

– Ой, Крис. Это фантастика! Мне кажется, что я никогда не смогу спеть что-то подобное.

– Никогда не говори «никогда».

– О, слова Михаила Степановича! Когда я пришла в августе к нему в музучилище и сказала, что хочу подготовиться к сдаче экзаменов в консерваторию, он не поверил.