Три дня. Никто не знает, как жить

И так всю жизнь будь тебе восемнадцать или восемьдесят, ты живешь наоборот. Сдерживая себя везде, где только можно и не сдерживая там, где нельзя. Ты называешь это воспитанием, тактом или правилами, не знаю. Ты боишься показаться черт знает кем, черт знает кому. И внутри себя бесишься от этого. А потом приносишь свою гнойную слабость и выливаешь ее на тех, кто тебя любит. И называешь это «пойми меня» и правом близости. Меня тошнит от тебя.

Только близкие тебя и любят, но для тебя понятие этого слова тоже недоступно, для тебя это не твоя ответственность, а их обязанность.

Обязанность твоих людей терпеть тебя, раз они тебя любят.

Мы не знаем значения вообще ни одного понятия, на которых должно держаться все бытие, уже слишком взрослые для них. Потому что их нужно было приходить в детстве, а мы сразу взрослыми родились.

Мы научились ревновать, но не научились любить. Научились брать, но не отдавать.

Все наши мечты мы строим через прицелы планов. И это всегда означает что-то взять или на что-то заработать, но никак не что-то отдать или оставить.

Мы настолько сильны, что не видим своей слабости. Каждый день мы совершаем слабые поступки ради каких-то призрачных высот и думаем, насколько сильны, раз готовы переступить через себя или других ради своей выгоды. И мало того, мы ненавидим тех, перед кем оказываемся виноваты, кого в этот момент перешагиваем, предаем, подводим и подставляем.

Мы пытаемся стать успешным человеком, не успев стать просто человеком. Слово «успешный» и другие его сородичи стали жить отдельно, как мышцы без скелета.

И мы бегаем со всем эти мусором взрослой жизни, взрослых понятий, принятий, целей и хлопот изо дня в день, пока не разведут мосты. Не замечаем ничего вокруг. И лишь изредка, в мыльной пене перелетая по мосту с одного берега на другой, краешком глаза заметив в воде переливающиеся отсветы заходящих солнечных лучей, будто бы на миг вспоминаем, что вроде были созданы для чего-то большего, чем занимаемся сейчас. Но, через несколько секунд слетая с набережной на деловой проспект, тут же отряхиваемся от этих детских мыслей.

И снова хватаем свой огромный мусорный пакет взрослой жизни и, как навозные жуки, катим навозные шары своих целей туда, откуда через пол часа захотим сбежать. И с каждым шагом эти шарики будут становиться больше и больше, на них будет налипать все подряд. Но нам будет казаться, что тем тяжелей эта ноша, тем она ценнее и тем мы сильнее и взрослее становимся пока ее катим.