Обручённые Хаосом

 – Имеем охренительную историю: Лэнс при свидетелях домогается девушки, ссорится с ней и её дружком; поутру они шустренько укатили прочь, а от Лэнса осталась одна кожура. Вопрос: на кого подумают первым делом?

– На меня, – едко сообщил я. – Потому как мне в данный момент очень, очень жаль, что Лэнс уже мертв. И нет, не читай мне нотаций про «оставь мою дорогую доченьку нецелованной», мы это уже проходили! К счастью, я не стрёмный мажонок с даром, идеально подходящим под преступление. А вот твой новый сынок – да.

Уверен, что хочешь пускать его в кроватку Джинни?

– Джинни двадцать два, она сама разберётся, кого пускать к себе в кроватку.

Разумеется. Кто угодно достоин твоей дочери, Дар, только не я, не тот, кто был с ней рядом столько лет! Не тот, кому она предназначена. Не тот, кто любил её больше всего на свете. Не тот, кто творил всякую хрень и тащил в свою постель кого попало, лишь бы не позволить себе ничего лишнего… Потому что ты убил бы меня. И был бы прав.

Она хотела пустить в свою кровать меня.

Но ты, дорогой дядюшка, сделал всё возможное, чтобы этого не случилось.

– Раньше ты так не думал.

– Я учусь на своих ошибках, но ты, похоже, и не пытаешься! – Дар недовольно помотал головой, с силой растёр переносицу. – Хота, я люблю вас обоих. Плевать, что ты мне не веришь, это правда! Поэтому не вынуждай меня выбирать сторону и оставь уже мою дочь в покое.

– А я что, по-твоему, сделал?!

– Боги, Хота, да взгляни ты на себя! Пять лет прошло, а ты приходишь как ни в чём не бывало и ведёшь себя точно ревнивый женишок.

Хватит этого дерьма, ладно? Хватит. Нет у тебя на это никаких прав. Больше нет.

– Что ж, – холодно отчеканил я, хотя внутри всё просто кипит. От злости, от невесть откуда взявшейся обиды, от желания вгрызться в глотку сопернику, осмелившемуся отбирать то, что всегда принадлежало мне. По праву, да. – На что у меня есть право, так это задержать предполагаемого убийцу, подходяшего под описание, вызвать сюда Инквизицию, а потом в суде обвинить всех присутствующих в укрывании преступника.

К счастью для тебя, ревнивый женишок помнит, что он ещё и глава клана. И должен заботиться обо всех его членах, начиная с твоей дочери и заканчивая бывшим вожаком, потерявшим нюх.

Дар, до сих пор пытавшийся сдерживаться, резко поднялся с места, оттолкнул стул. Оскалился, и я почти услышал поднимающийся из его груди рык. Признаюсь, на короткое мгновение стало страшно и даже стыдно.