Обручённые Хаосом

Даже обошлась без помощи Олли, хоть и потратила вчистую весь свой немалый резерв. Немедля захотелось скинуть остатки сил в превращение и задрать какую-нибудь живность. Волчий голод? Ха, волки, подержите-ка моё пиво. Прямо сейчас я готова сожрать все те сорок килограммов мяса, что гипотетически способен вместить желудок тигра.

– Не бережёшь ты себя, чернявенькая! – едва я плюхнулась на сиденье и устало положила голову Олли на плечо, Граклак немедля принялся ворчать. Гномы это дело любят едва ли не пуще наживы.

 – Что отец-то твой сказал бы?

– Что каждый уважающий себя альфа должен служить и защищать, а не только раздавать указания.

Да, так и сказал бы. А потом вынес бы мне мозги своей гиперзаботой – мол, работать надо проще и меньше, людишек много, а папина принцесса – штучный экземпляр.

О, Хаос, а я точно хочу возвращаться в Моэргрин?!

Нет, я обожаю своего отца, однако он бывает просто ужасно несносен! С мамой у нас всегда были чуть более прохладные отношения – она сама по себе очень сдержанная, скрытная, к тому же женщина-альфа, как и я.

Прямой конкурент. А ещё я в детстве вечно обижалась на неё за излишнюю строгость. Но зато теперь у нас мир и согласие, а с папой мы подчас ссоримся так, что весь наш клан начинает искать пятый угол. И вины своей тут не вижу. Это он никак не желает понять, что я уже давно не ребёнок.

– И то верно, – покивал Граклак глубокомысленно. – У нас в шахтах тоже работёнка опасная, а кто-то её делать всё-т’ки должен. Но ты-то, пацан, чего не помог своей Джинни?

– От меня в таких делах толку немного, мастер Граклак, – ответил Олли, улыбнувшись чуть печально.

И исподтишка кинул на меня озорной взгляд. – Видите ли, я некромант.

Бедный гном на радостях едва инфаркт не словил.

– Это что же… – сипло выдал он наконец. – А я тебя… вас… это самое… кралей столичной… хером по лбу… Во дурак-то, а? Ваш’ мил’сть, не со зла я! Был несдержан!..

– Ну, краля не краля, а всё-таки столичная, – пожал плечами Олли. – Каюсь, грешен.

Теперь вот надеюсь найти дом в вашем гостеприимном краю… Если примут, конечно.

Граклак тут же передумал помирать и вскоре вернул себе нормальный цвет лица, с жаром уверяя, что в Грейморе всей этой расистской пропаганды сроду не водилось, а Гектор Воскреситель, мол, мужик что надо был, и поделом от него выхватили все пресветлые мудозвоны.

О том, что Воскреситель в то жуткое время перебил половину предков Олли, мы оба дружно решили умолчать.