Потанцуй со мной

Ее тонкая душевная натура извивалась, стонала и просила пожестче и сильнее до того, когда статус в ее профиле сменился с «в отношениях» на «замужем».

Ты уверен, что женился на игривой распутнице, но после двенадцати твоя секси-золушка превращается в зачуханную домохозяйку с пучком на башке и вечным «давай не сегодня, я устала и у меня болит голова».

С Катериной мы спим около двух лет. Когда оба любовника выгодны друг другу, получается самый отличный секс. Екатерине Полянской сорок лет, у нее есть подросток-сын, власть и потрясающее качество – она не замужем, и туда ее не загонишь даже под угрозой расправы.

Катерина – отпетая карьеристка, придерживающаяся строгой феминисткой философии.

И мне это адски подходит!

Она не ждет от меня отношений, кольца на пальце и всякой прочей ванили. Она пользует мое тело для здоровья, а я получаю вдвойне: мне никто не трахает мозг после секса и во время судебных заседаний, потому что Полянская – судья.

Короче, я выгодно трахаю судью.

Наши отношения без обязательств удобны друг другу. Мы не давали клятвы верности, но я уверен, что у Полянской никого кроме меня нет.

У меня тоже.

Я не люблю привыкать.

Я люблю комфорт.

А с ней мне комфортно.

Я абсолютно уверен в ее чистоплотности и женском здоровье. Ее запах, фигура, голос меня устраивают, а искать кого-то, чтобы снова приспосабливаться, – слишком затратно.

И к тому же, я брезглив.

Смотрю на губы Полянской, совершающие поступательные движения с моим пальцем и чувствую, как начинаю твердеть.

Я здоровый мужик и реакция моего тела на сидящую передо мной на коленях обнаженную женщину закономерна. И не будь в моей квартире дочери, которой я обещал вечер в кино, я бы остался.

Вынимаю из теплого влажного рта Катерины палец и, не церемонясь, вытираю о молочную простынь.

– Не могу. Дочь ждет, – застегиваю ширинку и обвожу комнату взглядом, выискивая рубашку.

– Познакомишь? – лениво улыбается Катерина, облизывая мой голый торс жадным похотливым взором.

Мои брови взмывают вверх, и от нее это не укрывается.

Полянская переворачивается на спину и начинает смеяться, отчего ее голая грудь потрясывается точно желе.

– Романов, ты бы видел свое лицо, – накрывает руками глаза и лоб. – Как будто тебе сообщили, что ты проиграл дело. – Расслабься! Я пошутила! – веселится Полянская.

А мне ни черта не смешно.

Потому что, кажется, именно так намекают на отношения.