Френдзона

– Ну как? – уточняю я.

– Ты еще спрашиваешь! – Софи крутит рукой, рассматривая свой браслет невесты. – Очуметь, как красиво! Филя, они божественны! – восхищается подруга.

Мне очень приятно.

Они мне тоже нравятся, потому что в каждое свое изделие я вкладываю частичку души.

Я получаю огромное удовольствие от того, что делаю. Когда вижу, как горят глаза невест, глядя на свадебные букеты, которые я собираю самостоятельно, как восхищаются волнующиеся женихи, когда я прикрепляю к карману пиджака бутоньерку, как клиенты благодарят меня за то, что мои цветы поднимают настроение, а созданные мной эксклюзивные композиции растапливают даже самые холодные сердца, – я ощущаю себя счастливой.

– Я рада, что тебе нравится. – Укладываю изделия обратно в коробку. – Привезу, как будут готовы все.

И, кстати, свадебный букет для Софи собираю тоже я, и, признаться, даже она не знает, как он будет выглядеть. Это мой свадебный подарок для любимой подруги, у которой через девять дней я буду свидетельницей.

*Диана – младшая дочь супругов Игнатовых «Идеальные разведенные»

** NBL – национальная баскетбольная лига

***София – старшая дочь супругов Игнатовых «Идеальные разведенные»

Глава 2. Юлия. Спустя два дня

Как только щелкает замок с внутренней стороны кованой двери, я с первой космической ныряю во двор, чтобы скорее оказаться под тенью виноградных лоз. Жара в этом году беспощадная! В тени под пятьдесят, и это с утра!

Раскаленный воздух плавит легкие и мозги, и в интервале с рассвета до заката город кажется вымершим.

– Привет, Паш! – улыбаюсь пропускающему меня внутрь парню.

– Я – Миша. Привет, – бурчит в ответ и запирает за мной замок.

Хохотнув, поджимаю губы. Я еще ни разу не назвала их точно по именам. Миша и Паша* – одно лицо. Серьезно, они – одно лицо, вышедшее из одного яйца. Кажется, таких близнецов называют однояйцевыми.

Их сложно различить, но парни и не стараются в этом помочь, одинаково одеваясь, подстригаясь, параллельно вытягиваясь в рост и имея абсолютно идентичные физиономии кирпичом.

– Прости, – каждый раз извиняюсь, чувствуя неловкость.

А Паше… то есть Мише… короче, им обоим до лампочки, они уже привыкли. Кроме тети Агаты, их матери, парней не различает даже собственный отец, мой крёстный дядя Леон. Раньше с этим было проще, примерно до того, как близнецам исполнилось по году.