Фартлек. Игра со скоростью

Сдала подружка, должно быть ей сейчас так стыдно.

А мне что делать, и мне теперь не оправдаться.

Найду другого, чтобы не плакал и не обижался.

Ору во всё горло, вращая бедрами. Сексуально прикусываю нижнюю губу и пальцем маню к себе парнишку, которого приметила еще с пустыря. Новенький.

Он не теряется и замедленным шагом подходит ко мне. Поворачиваюсь к нему спиной и начинаю вырисовывать восьмерки ягодицами, задевая его пах.

Когда чувствую на заднице его ладони, резко оборачиваюсь и, под всеобщий ор, пою вместе со всеми:

Мерещится! То ли большая, то ли малая Медведица.

Мерещится! То ли большая, то ли малая Медведица.

Прыгаю на месте, подняв руки вверх. Паренек мрачнеет и старается меня ухватить.

Играюсь с ним, драконю то подзывая, то ускользая.

Парни по периметру смеются, присвистывая, и гудят, когда новенький неудачно хватает воздух вместо меня.

Пыхтит и смотрит.

Бесится.

Какой нервный!

Хочешь так просто? Нет, красавчик, Алису Коваль надо заслужить! Я сама выбираю с кем и как.

Не ожидаю, как грубые руки обхватывают мою шею и припечатывают к телу. Мудак сжимает горло и касается свободной ладонью бедра. В его глазах ураган вперемешку с черной яростью:

– Руки убрал, – выплевываю в лицо. Но он сжимает сильнее. Периферийным зрением замечаю дернувшегося в нашу сторону Саню.

– Ты сама меня позвала. Решила выставить посмешищем? – его лицо очень близко к моему, а рука сжимает грубо бедро. Ненавижу чужие руки на своем теле. Меня штормит от чужеродных прикосновений.

– Убери свои гребанные руки, – шиплю так, что слюни летят ему в лицо, а потом, согнув ногу в колене, бью мудаку по причиндалам. – Так ферштейн?

Говнюк складывается пополам, хватаясь за свой агрегат. Слышу ругательства в спину, но спешу поскорее убраться.

– Кто такой? – не оборачиваясь, спрашиваю, потому что знаю, кто идет сзади. Несусь к своему Ниндзя. Мерзкий подонок вздумал распускать руки.

– Родственник Палыча. Брат, вроде, – неуверенно отвечает Саня. – Алис, подожди.

– Чтобы больше его здесь не было, – рычу злобно.

– Ты сама его спровоцировала.

Резко останавливаюсь и, сжимая кулаки, оборачиваюсь.

– Какого хрена, Саня? Ты сейчас защищаешь этого мудака?

– Я никого не защищаю. Но и ты перегибаешь, подруга.

– Прекрасно, – всплёскиваю руками. – Иди на хрен.

– Куда ты? – Малеев останавливается около моего байка и следит за каждым моим движением, пока я застёгиваю шлем.

– Домой.

– Проводить?

– До свидания.