Буду твоей Верой

– Очень, – зарделась я и улыбнулась.

Артём озадаченно начал изучать содержимое своего рюкзака и что-то выискивать в нём. Мне хотелось думать, что сейчас нравящийся мне парень достанет шоколадный батончик, и мы разделим его пополам. Или большое сочное яблоко, и мы будем откусывать его по очереди и смущённо смеяться.

– Ну, тогда ознакомься с нашей продукцией, – Чернышов протянул мне глянцевый буклет, на котором огромными буквами было написано «Oriflame»[6 - Oriflame – шведско-швейцарская компания, специализирующаяся на производстве и продаже средств по уходу за кожей, личной гигиены, косметики и парфюмерии.

]. – Я вот этим средством пользуюсь, – ткнул пальцем в разворот страницы, где был изображён смеющийся парень с чистой ухоженной кожей, а в руках у него была очищающая пенка-мусс.

Я стояла с открытым ртом, не дыша.

Очки съехали на нос, а в небе карга прокричала противное: «Ка-ар-р». Резко набежали хмурые, свинцовые тучи, заслонившие тёплое солнце.

Ошарашенно смотрела на парня, лицо которого больше не выглядело идеальным: толстый слой тонального крема жирно поблёскивал и расходился паутинкой в некоторых неровных местах.

– А вот здесь потри, – Артём усиленно натирал страницу запястьем. – Чувствуешь? – ткнул прямо в нос.

От резкого запаха я чихнула и проснулась.

***

Утро в Институте показало, что все мои полуночные метания о том, каким образом мы представимся парой, были напрасны.

Потому что мой фиктивный парень в универ не пришёл.

Он не пришёл ни к первой, ни ко второй и даже ни к третьей парам.

Уу-ух, как же я зла на него!

Где-то я читала, что по статистике в девяносто процентах случаев первый парень оказывается козлом. Внутри меня прямо кипит от негодования и принятия того факта, что именно я попала в ту самую статистику неудачниц. Хотя Рональдо Бестужев ведь не настоящий парень, значит, у меня ещё есть шанс доказать, что Артём Чернышов – тот самый первый и единственный некозёл.

Последней четвертой парой у нас физкультура.

Из всей нашей группы физрой занимаемся я, Дивеева и её подпевала Альбина.

У всех остальных освобождение.

Причём эти «болезны» курят, как работяги, за корпусом, едят в столовке, как с голодного Поволжья, и выглядят здоровее самого физрука.

Я физической подготовкой не блещу, но у меня освобождения нет, зато есть спецгруппа по зрению, без сдачи нормативов.