Эмма. Тайна Анастасии Лоу

Она ёрзала по земле и собирала мелкие вещицы, выпавшие из её сумочки.

«Ну и кукла!» – удивилась Эмма.

Эта дамочка была одета довольно экстравагантно. Волосы были ненатурально белые, завитые в кудри. Солнечные очки загораживали пол-лица, а оставшаяся часть была намазана, накрашена и напудрена в десять слоёв. В своей внешности она явно ссылалась на Мэрилин Монро. Помимо огромных красных губищ, у неё была даже нарисована родинка возле носа. От неудобства своего наряда, главными атрибутами которого были джинсовый пиджак и мини юбка, «Мэрилин Монро» села на голую землю.

«И откуда здесь взялась эта манекенщица?» – подумала Эмма, когда поднялась с земли.

А манекенщица оказалась с характером:

– Смотри, кута прёшь! – завопила она на ломаном русском, как только встала, – я из-за тепя телефон распила! – она говорила с непонятным акцентом. Он напоминал английскую, французскую и немецкую речь вперемешку.

Эмма была потрясена таким приёмом, но всё же не позволила обидеть себя:

– Что ты там кудахчешь? Я не понимаю, – ответила она.

– О! Это фсего лишь профинциальная хапалка, – с отвращением высказала кукла.

– Это я хабалка!? – воскликнула Эмма, – слышь…

– Эмма Майорова? – окликнул Эмму сзади чей-то голос.

– Ну что опять!? – взвыла девчонка, поворачиваясь.

Когда девчонка повернулась, то увидела, что к ней откуда-то из дебрей между деревьями чуть не бегом подходила девушка лет девятнадцати – одна из вожатых.

– Эмма Майорова, правильно? – спросила она.

– Да, я Эмма Майорова.

– Мы тебя ждали. Тебя зарегистрировал твой папа – Роман Владимирович Майоров, я так понимаю? Можно твой паспорт?

Эмма порылась в рюкзаке и достала паспорт.

– Вот, пожалуйста.

– Да, действительно, Эмма Майорова. Я тебя отмечу. Все твои оставшиеся документы уже подал твой отец, – заверила вожатая Эмму. – Приветствуем тебя в лагере «Маленький сокол». Меня зовут Кира.

– И как же тебя занесло в эту глушь? Да ещё и без зарплаты, – спросила Эмма.

– Ну, вообще-то это лагерь моей семьи. Мы не стали тут ничего менять со времён покупки, чтобы лагерь сохранил ту атмосферу, которая была в те годы.

– Оно и видно, я как будто в восьмидесятые попала, – заметила Эмма, но увидев, с каким сожалением об этом сказала Кира, поняла, что дело тут не только в атмосфере, но и в средствах.