Соловьиный день. Повесть

Но вскоре любителю «говорящих» пернатых осточертело убирать за не слишком опрятными питомцами своими засохшие какашки их, а также разыскивать улетевших в форточки попугайчиков и переживать за птицу, когда та калечилась или гибла, врезаясь со всего маху в оконные стекла и зеркала…

Только после всего этого, после эры домашней птицы, началось подлинное увлечение Лава пернатыми именно в природе. Речь о «дикой» певчей птице.

Щегол «Шварценеггер»

Одной из первых «жертв» Лава на этом тернистом пути стал щегол – странноватый тип, окраской своей чем – то напоминавший американского коммандос из популярного кинобоевика.

Терминатора, ушедшего в джунгли боевого задания и так и не вернувшегося с него…

Был этот крылатый «Шварценеггер» сварлив, брезглив, неопрятен и невыносимо агрессивен. Его – писаного красавца, щеголя и воина «до мозга костей» – раздражало и тяготило все вокруг. Но, главным образом, сообщество соседей по клетке – всех этих птичьих слабаков – «слюнтяев», летающих «штибзиков», тупых «дохликов» и крылатых «тихонь», ничего не смыслящих в канонах и правилах боевых искусств!

Поэтому «Шварценеггер» пытался поддерживать на доступной ему территории сугубо армейские порядки, применяя для этого хорошо зарекомендовавшие себя технологии «включения бычки», «жесткача» и «качания прав», сопряженных с наездами на всех и вся.

Иными словами, постоянно выяснял в клетке философское и насущное: «кто в клетке хозяин?».

Жесткость «щеголизма» вскоре сменила «эра милосердия», пора «желто – синей» эпохи синиц.

Если бы Лава попросили как – то охарактеризовать период этот, он определил бы его именно, как эпоху. Эпоху возрождения и процветания, миролюбия и созидания.

Одной из наиболее ярких представительниц ее стала замечательная синица – московка[1 - Моско?вка, или чёрная сини?ца (лат. Periparus ater). Очень любопытная, вертлявая птичка. Ни секунды не сидит на месте. Ей интересно все. На голове у красотки – изящная черная «шапочка, напоминающая шапку – московку, на щечках – серо – белые «бакенбарды», на горле и верхней части груди – большая чёрная «манишка»].

Та, что досталась Лаву от Старика – птицелюба с «флейтой» в горле.

Старик с «флейтой» в горле

И свистит манок сосновый, —

На сосне в ответ синицы

Рассыпают бубенцы.

Эдуард Багрицкий, «Птицелов»

Познакомились они возле зоомагазина.

А встретились, как это часто бывало в жизни Лава, случайно.