День восьмой. Том второй

Оттуда вышел невзрачный человек в старомодном клетчатом пиджаке и принялся с интересом наблюдать за происходящим. Алексей сразу его заметил: всё таки новые люди появлялись на территории редко, но тут же о нём забыл – дел было невпроворот. Вспомнил только тогда, когда выехала последняя машина и сторож пошёл закрывать ворота.

Мужчина подошёл к нему сам.

– Добрый день. Я вчера с вашей секретарше договаривался о встрече.

– Да, я помню. Пойдёмте.

Оксана с интересом проводила их взглядом.

– Кофе принеси пожалуйста, – попросил он, уже оказавшись у себя в кабинете, и тут же аккуратно закрыл дверь.

Ему не хотелось видеть кислое лицо Оксаны, которая перед посторонними позиционировала себя как его помощница и тихо злилась, когда Алексей корректно ставил её на место.

– Присаживайтесь!

– Благодарю.

Улучив момент, пока хозяин офиса разгребал бумаги у себя на столе и, как следствие этого, перестал обращать внимание на посетителя, тот незаметно перекрестился на икону Нерукотворного Спаса над столом.

Алексей некоторое время рассматривал посетителя. Довольно солидный молодой человек. Точнее, не такой-то уж молодой, по крайней мере, чуть младше Алексея. Правильное, но несколько нервное лицо, обычно присущее людям творческих профессий. Стильные очки в металлической оправе, которые сидели на носу неустойчиво, поэтому каждый раз их приходилось поправлять. Пальцы длинные и нежные. Ногти аккуратно подстрижены, на тыльной стороне ладони тонкие нежные волоски.

Белоручка, одним словом.

Довольно красив. Видно, что обычно умеет держать себя в обществе. Такие мужчины как правило, нравятся противоположному полу. Только вот глаза портили общее впечатление, они были извиняющиеся, а улыбка – смущённая и какая-то виноватая.

«Денег просить пришёл», – понял Алексей. За время несколько лет работы он научился распознавать просителей с первого взгляда.

– Здравствуйте.

Голос у него был мягкий, даже вкрадчивый.

– Добрый день.

– Чем могу быть полезен?

В общении Алексей всегда был подчёркнуто вежлив, любил применять старинные обороты речи, которые считал верхом изысканности.

Однако сейчас от вот этой последней фразы повеяло подобострастностью. Словно сам Алексей пришёл к кому-то в гости и предлагает свои услуги. И он сразу заговорил резко и коротко. Суше, чем это требует обычная вежливость.

– Я, собственно… Всеволод Викторович. Асумов. Может слышали?

– Нет.

Наступила пауза.