День восьмой. Том первый

Та, конечно, ещё спит – но вдруг Людмила Ивановна будет её будить?

Девочка вытащила из кармана кофточки записную книжку, по-детски круглым почерком вывела несколько слов и, подойдя к воспитательнице, протянула её оторванный листок. Людмила Ивановна, подняла, наконец, глаза от своих бумаг и прочла написанное:

«ЛИ! На новенькую нужно накрывать?»

Воспитательница удивлённо подняла брови, как будто не ожидала, что она будет знать о новенькой, и спросила:

– Она уже проснулась?

Ирина отрицательно покачала головой.

– Тогда пусть спит. Мы её потом покормим. Отдельно.

Теперь предстояло расставить стаканы и разложить ложки. С ложками было проще. Их можно было взять за один раз. А вот стаканы, мало того, что они очень тяжёлые, они ещё были стеклянные. С подносом идти было опасно, каждый норовил подставить подножку. А без подноса много стаканов не унесёшь. Тем более, их нельзя вкладывать один в другой: это негигиенично. Приходилось брать по четыре стакана за раз.

Постепенно группа начала заполнятся детьми.

Закрывая дверцы шкафчика, Ирина каждый раз поворачивалась ко всем спиной, и с закрытыми глазами пыталась угадать, кто сейчас проходит мимо. Это была своеобразная примета: если удавалось правильно угадать первого человека, то день должен быть удачным.

«Та-ак, шаги лёгкие, едва слышные. Девочка, однозначно. Мальчики топают, как слоны. А кто из девчонок? Не Брайцева – это точно, она топает, как все мальчишки вместе взятые… Одежда как-то странно шуршит. Что же она делает? Кофту застёгивает? Нет, не похоже… И ещё что-то щёлкнуло… Заколка! Волосы расчёсывает! Надя! Тихонина!»

Всё это промелькнуло в голове Ирины в долю секунды.

Она обернулась. Да, перед ней действительно стояла Надя. Как всегда аккуратная, чистенькая, холёная. Даже шаги у неё были такие, будто она не шла, а летела над полом. И волосы у неё были длинные, светлые, очень густые – любому впору было залюбоваться – именно поэтому она трепетно за ними ухаживала, выпрашивала у воспитателей какие-то хорошие дорогие шампуни, гели, и постоянно их расчёсывала.

Несколько дней назад к ним в группу приходила парикмахер. Она сказала, что у Нади очень красивые и «удобные волосы», а потом долго возилась, как-то по-особенному укладывая их. Где-то в глубине души Ирина надеялась, что её волосы тоже окажутся красивыми и «особенными», но женщина не обратила на неё особого внимания, сделала ей обычную детдомовскую стрижку, обрезав волосы до плеч, и Ирина отошла в сторону, уступая место Вике.