Грехи наши тяжкие

Но он этого не заметил. Теперь только скорость. Главное – скорость. Выгнал машину из гаража и рванул с места, только шины взвизгнули. Город уже не спал, но машин на улицах было мало. Внутренний голос шептал: «Не спеши, нарвешься на гаишника – больше времени потеряешь. Они это время любят. Но нога сама поджимала педаль акселератора, стрелка спидометра зашкаливала за сотню. – Вот и Ленинградка. Так, пробок пока нет, успею. Вылет в семь пятнадцать, таможка, регистрация, граница, часов в пять-пять тридцать пойдут на эти процедуры, должен успеть, времени еще навалом.

 – Перед кольцевой притормозил: пост ГАИ. – Не спеши, не спеши. Так, проехали. Теперь Химки, здесь можно поприжать».

Химки проехал быстро, поворот направо, вздохнул: «Всё, почти приехали. Еще чуть-чуть…» И внезапно – тишина… Машина какое-то время пробежала по инерции и, окончательно потеряв скорость, остановилась. Черт! Включил стартер, он сработал отлично, но двигатель не завелся. Раз, еще раз – никакого эффекта. В чем дело, в чем дело? В голове одна Таня, а тут машина встала! Ну, давай же, давай! Вспомнил: бак пустой! Мямля! Послушал вчера Лизавету, не заправился, какой же идиот! Не первый раз шел на поводу у жены, а потом расплачивался за то, что не сделал сегодня то, что мог бы сделать.

Конечно, проще отложить какие-то дела на завтра. Но лучше ли? Вот и отложил! Жестокая расплата. Он подтолкнул машину к обочине, благо под уклон она легко скатилась, щелкнул брелоком, замки на дверцах отозвались сразу, и двинул рысцой по обочине в Шереметьево. Решил: «Голосовать рискованно, если не подвезут— точно опоздаю, а так наверняка доберусь».

Он бежал в среднем темпе, так, что бы дыхалки хватило. Ноги не подведут, в ногах он был уверен, а вот дыхалка… Давно не бегал, насчёт дыхалки уверенности не было, но ведь и выхода другого не было. «Ничего, – думал он, – добегу, воздух свежий, чистый, даже иномарки его не портят. Хорошо, что хоть раньше много лет бегал по утрам, вот пригодилось. Главное – успеть. А пока не сбиться с ритма: раз, два, три, четыре – вдох.

Раз, два, три, четыре – выдох. Дыши ровно, ровно – успеешь. Вот он уже аэропорт».

Теперь, когда он был у цели, мысли его полностью переключились на Таню. «Уезжает. Как я буду жить без нее? Без ее глаз, улыбки, без ее легкой летящей походки? – Он горько усмехнулся: в последнее время у него только и была эта её легкая летящая походка. Все остальное было в далеком прошлом. В таком далеком, что и подумать страшно.