Забери меня домой

На обратной дороге Тимур пытался со мной заговорить, но я отвечала неохотно и односложно. Злилась, честно скажу, но не на него, а на себя, а еще очень и очень устала. Все-таки ночь оказалась богатой на приключения, и это вымотало.

– Где ты живешь?

И я не знаю почему, но говорить свой настоящий адрес не хотелось. Не похож был Тимур на того человека, который будет караулить меня под дверьми, но… В общем, я сама не могла этого объяснить, но сказала:

– В «Донна Анапа».

Таксист остановился у переулочка, и Тимур вышел из машины.

– Я провожу.

– Не нужно, – я запаниковала. – Здесь пару шагов, а тебя такси ждет.

– И все же…

– Нет! – крикнула я резче, чем следовало. Тимур обиженно замер, и я растерялась. – Прости, но давай расстанемся здесь.

– Лиля, на пляже, конечно, получилось некрасиво, но…

– Спокойной ночи, – твердо сказала я. Сердце сжалось от боли, ведь Тимур меня не обижал, но… Кто бы мне сказал «спокойной ночи», кто бы меня сейчас остановил, чтобы я не думала о том, что могло было бы быть.

Я улыбнулась и пошла по переулочку прочь. Тяжелый мужской взгляд касался моей спины, и мне оставалось только держать ее ровнее.

Дошла уже до ворот, когда машина заурчала и развернулась, выезжая на дорогу, и тогда я воровато оглянулась и полезла через забор. В юбке да на каблуках делать это было неудобно, так что мое падение было закономерностью. Хорошо хоть траву со стороны бывшего лагеря никто никогда не стриг, мое падение она смягчила.

Я перевернулась на спину и полежала, рассматривая звезды и хихикая. Смех быстро перерос в истерический, и, чтобы не разбудить людей, пришлось заткнуть рот кулаком. На что я вообще надеялась, когда отправлялась в этот клуб? Что у меня все по-людски получится? Так не было такого никогда: всю жизнь с парнями какие-то казусы происходили. Даже с Вовкой познакомилась по-дурацки: он привел брата в школу, а я упала на него с лестницы. На Вовку, не на брата.

Полежала я, успокоилась и, прихрамывая, направилась в наш с Анькой домик. Включила свет, уверенная, что до утра буду одна, но с удивлением обнаружила подругу в постели. Она села, сонно щурясь от света, и, удивленно оглядев меня, присвистнула:

– Ничего себе.