В самое сердце

И вроде бы они оба были правы: безумно повезло обнищавшей дворянке без образования, приданого и участливых родственников выйти замуж за повелителя княжества; я выполню государственную задачу да наследника князя рожу в конце концов, но сердце все равно сжималось, когда я понимала, что на кону стоит вся моя семья, а позднее будет стоять и жизнь моего ребенка. Мне было страшно, я глубоко ощущала уровень своей собственной подлости, а еще испытывала жалость к этому самому правителю, который очень болен, доживает свои последние дни, а его судьбой так жестоко распоряжаются.

Иногда выходило уговорить себя отказаться от этой глупой затеи, но я отчаянно трусила сделать последний шаг, так как понимала, что это будет последним решением в моей жизни, а самое главное – причиной смерти родных.

Одинаковые дни лениво текли один за другим, я все глубже погружалась в сожаления и самобичевание, но ничего изменить не могла. А потому внимательно слушала леди Ростби, кивала в ответ на речи Премстора и ждала, что все разрешится само собой.

Не знаю, каким образом, но решение положиться на волю святых представлялось для меня единственным выходом из сложившейся ситуации.

Наступил день моего отъезда. Утром приехал Третий комиссар императора, придирчиво осмотрел выстроенные на крыльце чемоданы, даже открыл некоторые из них и проверил, но в итоге удовлетворенно кивнул, разрешая погружать все в карету. Я стояла в холле и смотрела поверх головы Премстора на подъездную дорогу, которая вилась до ворот не менее километра, и лениво размышляла о том, что до моря еще сутки пути.

Что мне было переживать из-за того, что в вещах ковыряется посторонний человек? Ни одна из тряпочек, лежащих в чемоданах, моей не была, если честно, я даже не смотрела в зеркало, когда швеи демонстрировали готовые наряды. Привезенные из пансиона вещи остались наверху – везти старые платья не по размеру за много-много километров я не собиралась.

Премстор переговорил о чем-то с леди Ростби и направился ко мне.

Я сделала книксен и вымучено улыбнулась.

– Волнуетесь? – безо всякого вступления прямо спросил Премстор. Я пожала плечами.

– Наверное.

– Леди Ростби говорит, что вы плохо едите, похудели, и несколько платьев пришлось экстренно перешивать.

Третий комиссар императора внимательно смотрел на меня, и ситуация требовала какого-то ответа.

– Волнение перед предстоящим замужеством естественно для девушки.