Самая приличная ведьма

Господин Бруннер посмотрел на мою макушку, с которой паклями свисали обезображенные зельем волосы, и скривился.

– Не уверен. Позвольте, я пройду.

Не дожидаясь ответа, грузный хозяин дома отодвинул хрупкую меня в сторону и вошел в комнату. Остановился он резко, словно напоролся на препятствие, и я прямо-таки чувствовала, как господин Бруннер звереет. Хотелось озвереть первой, но мне по статусу жилички не позволено.

Хотя я господина Бруннера очень понимала: потолок комнаты мало того что почернел, так еще местами обзавелся странной густой субстанцией, которая намекала, что побелкой обойтись не удастся.

– Госпожа Беллингслаузе, вы объясните? – господин Бруннер перешел на повышенные тона. Когда он обернулся, я всерьез забеспокоилась о сохранности собственной шеи: хозяин так сжимал и разжимал кулаки, будто представлял, как переламывает мне позвоночник. На всякий случай я сделала шаг назад.

– Разумеется, – откашлялась, пытаясь выиграть время, чтобы придумать подходящую легенду. – Я просто готовила еду и…

– Было, – господин Бруннер покачал головой и хищно улыбнулся.

– Как жаль, – действительно очень жаль, что я забыла о собственном вранье. Полагаю, всему виной стресс от произошедшего. – Сегодня просто зеркальное повторение ситуации.

Господин Бруннер громко и тяжело вздохнул.

– Госпожа Беллингслаузе, это просто возмутительно. Нет, вы возмутительны! Месяц назад вы устроили пожар!

– Который сама и потушила, – пискнула я. Хозяин дома нахмурил кустистые брови, и я решила, что правильнее и умнее будет молчать.

– Три недели назад сожгли плиту, две недели назад устроили потоп! У вас какой-то график по уничтожению моего дома?

Я спрятала руки за спину и потупилась, всем своим видом демонстрируя, как мне жаль. Нисколько не обманывала, кстати, трудно не жалеть, когда зелье, которое я варила целую неделю, взорвалось из-за одного маленького ингредиента. Какой уж тут график для господина Бруннера – мне хоть свой заводи по уничтожению собственных перспектив.

– Есть еще один вариант, – голос господина Бруннера приобрел подозрительную вкрадчивость. – Вы, может быть, ведьма?

– Нет, что вы! – испугалась я. – Какая же я ведьма? Даже не похожа на нее.

– Из вашей комнаты доносятся странные запахи, голоса, да и моей жене вы не внушаете доверия, она не раз говорила, что стоит гнать вас из дома…

Госпоже Бруннер я не нравилась совсем не по той причине, что она чувствовала во мне ведьму.