Покоя не обещаю. Записки отставного опера

И вот однажды, кажется, забрезжил луч надежды: в поле зрения попал рабочий Орехов. Он путался в показаниях, не мог толком обосновать некоторые странности в своем поведении, и было принято решение о его задержании.

Поскольку ранее Орехов судимым не был, в поле зрения милиции не попадал, мы рассчитывали на быстрое признание, однако тут нас ждало разочарование. Орехов оказался орешком крепким и категорически отрицал свою причастность к преступлению.

Тогда было принято решение о поведении опознания, ибо этот самый главный козырь использован еще не был.

И вот первая же из женщин, подвергшихся нападению, осмотрев троих, предъявленных ей лиц, в том числе и Орехова, категорически указала, что именно этот человек напал на нее.

Если у кого-то из нас и было какое-то сомнение, то оно развеялось окончательно, и мы еще возмущались поведением Орехова: прижали к стенке дальше некуда, а он отрицает. Но и после опознания Орехов на удивление категорически настаивал на своем.

И вот оно, второе опознание.

Очередная «жертва» осмотрела предъявленных ей лиц и также опознала Орехова.

Третья же женщина, заявила, что нападавшего среди них нет, хотя также отметила схожесть Орехова с преступником.

Тут уже нам пришлось призадуматься, и мы ломали голову над внезапно возникшей задачей.

Орехов проживал один. Проведенный в его доме обыск света на происшедшее не пролил. Он упорно продолжал молчать, а срок его задержания истекал.

Что же делать? Было принято решение побеседовать с матерью Орехова и попытаться убедить пожилую женщину поговорить с сыном и склонить его к признанию вины и смягчению своей участи.

И тут видавших виды сыщиков ждало удивительное открытие. Мама Орехова пояснила, что у него есть… брат – близнец, который также работал на фабрике, но в другую смену и потому не попал в поле зрения.

Орехов – второй был задержан, доставлен в отдел и буквально через час уже давал признательные показания.

При проведенном опознании все женщины на этот раз уже категорически опознали преступника.

Вот уж воистину, удивительное создание – женщина…

«Десантная операция»

Стояла ранняя осень. Замечательная русская осень. Именно ее воспевали Пушкин и Тютчев, изображал Левитан. Было сухо и тепло. Именно о такой осени всегда мечтают люди.