Круг смерти

Астос оказался в более выигрышном положении: после удара клинка, объятого магическим пламенем, мертвяки оставались таковыми уже навсегда, а вот остальным нужно было постараться, чтобы убитый уже пару раз труп не восстал заново.

Дюк же схлестнулся с личем. Высокий мертвец, у которого почти не осталось плоти на желтых костях, был стар. Очень стар даже по меркам личей, и это говорило о многом. Как минимум о том, что многие были им убиты. Несмотря на то, что Дюк не чувствовал вкус жизни, умирать пока точно не собирался, а потому старался действовать осторожнее.

– Мертвый живой, – прошелестел лич. Дюк в этот момент занимался тем, что отрезал голову излишне бойкому упырю, потому не ответил. – Что ты забыл в этом лесу?

– Молодых тренирую, – честный ответ был дан уже после упокоения упыря. Дюк перебросил меч из одной руки в другую и посмотрел на лича. Между ними оставалось расстояние в два метра, освобожденное от подчиненных мертвецов.

– Неужели мертвым есть дело до следующего поколения? – в шелестящем голосе послышалась насмешка.

– Только им и есть, – заверил Дюк и двинулся к личу. Наперерез выскочила сразу пара упырей, но Совершенный сложил из пальцев знак, наполняя его магией, и тела объял огонь.

– Я знал твоего господина, Совершенный, – опять зашелестел лич. Удивительно, что в шуме бойни был еще слышен его тихий голос.

– Так, может, мы побратаемся? Раз есть общий знакомый.

– Только он мог сделать это с тобой.

– Ты великолепен, – согласился Дюк. – Такую загадку разгадал.

Заржавевший старый меч с треснутой рукоятью и начищенный с гравировкой и клеймом именитого мастера ударились, высекая искры. Лич дохнул, пользуясь сближением, и смрадный воздух заполнил легкие Дюка, отчего голова у него закружилась, и перед глазами оказалось сразу два противника. Нужно было подождать, пока колдовство рассеется, а чтобы не стать за это время таким же мертвяком, каких только что рубил сам, Дюк принялся махать мечом в два раза быстрее.

– Проклятие Совершенных, – тихий смех лича походил на хныканье младенца. – Не думал, что когда-нибудь увижу такое. Вы же преданы были своему акору больше, чем родным матерям.

Быстрый удар мечом все же достал лича, потому что он зарычал. Но болтать к досаде Дюка не перестал.