Убийство журналиста

 – Ты что, Малахов, может, уступишь ему свой стульчик? Только, дорогой, сможет ли этот невоспитанный человек оценить всю глубину твоего великодушного поступка?

– Нет-нет, не стоит! – Смирнов отрицательно замотал головой. – Третий лишний. Как-нибудь без меня…

– Ну, наш столик заказан на троих, – Малахов усмехнулся.

Он мысленно похвалил себя за догадливость и сообразительность.

– Куда же ты, Сана, без верного оруженосца? Правду я, Саша, баю?

– Именно так, Евгений Павлович, – Смирнов облегченно вздохнул. – Без нас они ни шагу.

Едемте…

Уверенной поступью серебристая красавица плавно покатила вдоль по улице Короленко, сворачивая на оживленный проспект.

И Саша стучал ножом и вилкой по своей тарелке не менее увлеченно, чем его, видимо, со вчерашнего же вечера проголодавшаяся начальница. Пока же военные следователи насыщали впрок свои безмерные желудки, Малахов одним глазом проглядывал копии опросных листов.

– Саша, – поднял он свои глаза, – я сейчас позвоню в главный офис «Александр-Н».

Генеральным директором у них Мишка Капустянский. Он, помнится, у нас курсантом когда-то был. А он уже даст необходимую команду своему филиалу. Скажешь, что ты от меня. А мы с тобой, Сана, если ты не будешь против этого, проедемся пока по одному адреску.

– Как скажешь, – майор согласно опустила реснички.

Сытый желудок требовал покоя, и ее деятельный ум уступил его настойчивым требованиям. Думать пока ей ни о чем не хотелось. Можно было на какое-то время отдаться течению, тем более что у руля лодки присел ее Малахов.

А за его широкой спиной всегда удобно и спокойно.

На улицу сыщики выходили с намного повеселевшими лицами. И настроение поднялось. И солнце засветило поярче, чем часик назад.

– Саша, а тебе, знаешь, не с нами, – на губах у Малахова поигрывала неопределенная улыбка, – нам в другую сторону.

– А как же я? – Смирнов на полушаге остановился.

– А что ты? – глядя на него, Жека вопросительно хмыкнул.

– Я как-то думал, что вы меня подбросите. Оксана Степановна! – капитан всем своим видом взывал к помощи своей начальницы.

Его судьба теперь всецело зависела только от майора. Быть ему на или при «колесах» или, высунув язык, бегать пешком.

– Знаешь, Саша, я так подумал, подумал, все тщательно взвесил и решил, что мне дороже встанет возить тебя с собой, тратить на тебя мое драгоценное время, – произнес Малахов и замолчал, выдерживая паузу.

Ему доставляло удовольствие видеть замешательство, произведенное его словами.