Хранители. Книга вторая: Луч смерти

 – И пить нужно меньше, а то каждый вечер то – то виски, то пиво, то коньяк… Так и спиться недолго.

– Да что с ней случится, – недовольно заметил Димка, не желающий, чтобы распалась компания, – всего-то и делов – спуститься этажом ниже! Будешь отходить ко сну, – звякни. А пьем мы хоть часто, но мало. Причин для этого уйма, и все уважительные.

– Это какие же? – удивилась я.

– Во-первых, природа располагает, во-вторых, – компания, а, в-третьих, спиртное снимает стресс, которого тут навалом.

Я фыркнула и гордо удалилась.

В номере съела несколько конфет, умылась, почистила зубы и нырнула под одеяло. И сразу же провалилась в какой-то длинный туннель. Стены словно дрожали в неровном свете факелов, торчащих из каких—то зажимов, сводчатый потолок был низок, воздух – влажен и свеж…

«Странно, – удивилась я, – значит, где-то есть щели, или недалеко выход…»

В темноте прятались глубокие ниши, но я туда не заглядывала, потому что боялась что—то увидеть.

Туннель повернул направо, и рассеянный, словно сквозь витражи, свет заструился навстречу… Я сделала шаг, и обомлела, – стена была расписана Петькиным маляром: разноцветные волны переливались радугой, серебристые линии изгибались и таяли, и все это излучало ровное сияние, достаточное, чтобы обходиться без факелов.

И вдруг я почувствовала, что ниша, в которую нельзя заглядывать, находится за моей спиной. «Все», – пронеслась обреченная мысль, потому что вряд ли нашелся бы на земле человек, который смог бы устоять перед таким искушением. Я обернулась и вскрикнула: изображение на штукатурке ломало все представления обо всем…

Чья-то рука легла мне на плечо, и сердце остановилось.

– Эй, – услышала я и открыла глаза. Сердце сокращалось толчками, удары отдавались в висках, а на меня с тревогой смотрел Сорин.

– Ты чего? – хрипло спросила я. – Что ты тут делаешь? Я же сплю…

– С тобой все в порядке? – Димка положил ладонь мне на лоб. – Ты бледная, и лоб холодный… И почему, кстати, не запираешься?

– Какого черта! – возмутилась я.

– Ты хоть знаешь, который час?

Я покосилась на окно: пасмурное утро за ним разливалось светом, похожим на озерную воду. На улице шел дождь. Мне казалось, что я только что уснула, а в реальности прошла целая ночь. Моя память не смогла удержать картину, увиденную во сне, и я не знала плохо это, или же Сорин меня от чего-то спас.

– Кошмар приснился? – Димка склонил голову набок. – Плюнь и разотри. Забудь.