Крутые излучины (сборник)

Самых задумчивых и одиноких брал с собой, нежно нёс их домой, опускал в чистую прохладную воду, ставил на стол перед зеркалом, любовался и… забывал.

Забывал, словно кому-то их отдавал, а вынимал их уже высохшими, скрученными, с почерневшими стебельками.

Но сегодня я смотрю на цветы иначе – свежие и упругие, стоят они горделиво, устремлённые в высоту, словно им никогда не увянуть, не потускнеть. Не потускнеть, как не забыть того, что они мне напомнили.

С той поры прошло немало времени, но это прекрасное мгновение осталось во мне там, где хранят самое дорогое, где чтят, как святое.

И кто бы мог подумать, что именно она, смешная девчонка с двумя пучками весёлых волос и небесным простором удивлённых глаз, смогла превратить своё серое платьице и лёгкие летящие руки в то, что навсегда останется во мне, в то, что я вижу, как сейчас.

Мы спешили, накрапывал дождь. Тоненькая белёсая дорожка путалась под ногами среди полянок, опушек, дубрав и берёз. Я едва поспевал за ней, лёгкой феей лесной. Она облетала изгибы, овраги и повороты, оставляя воздушный, незримый след от золотисто-волнистых волос, колеблющихся на ветру. Ноги мои не ощущали земли. «Лидка-магнитка, Лидка-бандитка, Лидка-улыбка», – шептал я имя её на бегу.

Тёплый летний дождь полил как из ведра. Прятаться толку мало, но всё же самая курчавая и изумрудная берёзка прикрыла нас от хлынувшей с неба воды.

Струи дождя парным молоком обдавали плечи, катились по спине, обливали лицо. Мокро, но всё же тепло, тепло от земли, тепло от воды, тепло от любви к рядом стоящей смешной девчонке, к качающимся ветвям, к трепетно бьющимся влажным листкам, к разноцветным цветочкам. И им нашлось место под нашим шатром. Омытые свежей водой, они ярко горели и неудержимо привлекали к себе. Восторженно и завороженно мы смотрели на них.

Лидка не удержалась первая, по колено в мокрой траве мокрыми руками рвём мокрые цветы. «Лидка-маргаритка, Лидка-купальница», – лепечет опьянённая счастьем душа.

Не знаю, почему так светло было кругом – от выглянувшего солнца или от улыбчивого её лица?

Промокшие и возбуждённые, с охапкой цветов в руках, мы направляемся по пешеходной дорожке к железнодорожным путям, отрезающим лес, луг и овраг от сказочного созерцанья.