Книга о прошлом

 – Поподробнее об этом, пожалуйста…

Радзинский несколько секунд возмущённо смотрит на него. Затем качает головой.

– Надеюсь, ты не издеваешься. В противном случае ты рискуешь сильно подпортить в моём благодарном сердце светлую память о тебе.

Похоже, Эльгиз в восторге.

– Как витиевато ты обхамил меня, Викентий! – умиляется он, складывая перед собой ладони. – Нет, я не издеваюсь. Мне действительно интересно. Судя по всему, этот человек – Проводник. Кроме того, его духовный уровень должно быть очень высок, если одно его присутствие оказывает на тебя такое мощное воздействие.

– Проводник? – настораживается Радзинский. – Это что ещё такое?

– На этот вопрос, я полагаю, ты и сам в состоянии ответить.

Радзинский озабоченно хмурится, потом вдруг решительно гасит сигарету.

– Спасибо. Ты мне очень помог, – серьёзно говорит он, вставая. «Боже мой! – стучит в голове. – Проводник – вот оно нужное слово! Рядом с ним ведь сердце из груди выпрыгивает, так резко меняется частота вибраций! Он точно тот, кто мне нужен!» – Насчёт поездки – созвонимся.

– Викентий! – окликает его Эльгиз, когда, не дожидаясь ответа, Радзинский, наклонившись, торопливо сжимает его в объятиях и широкими шагами направляется к выходу. Тот останавливается и глядит вопросительно. – Познакомишь? – хитро улыбается Эльгиз.

Радзинский, подозрительно прищурившись, замирает. Затем что-то, видимо, сообразив, раскланивается церемонно:

– Я передам Его Величеству Вашу просьбу об аудиенции… – И спрашивает жёстко, – Так ты за этим меня и позвал?

– Может быть… – Эльгиз делает неопределённый жест своей изящной рукой.

– Ещё бы это была и шутка… – Радзинский раздосадован и встревожен своим открытием – у него есть конкуренты! Аспирантом интересуется не он один! Непостижимым образом о нём знает Эльгиз, а, значит, и те, кто с ним связан… Кто ещё? Он пару секунд пристально рассматривает коварного кавказца, потом резко разворачивается и, уже не прощаясь, выходит на свежий воздух – к слепящему солнечному свету и оглушительному птичьему гомону.

«Прости, аспирант», – мысленно обращается он к Николаю. – «Обещаю, что через меня до тебя никто не доберётся». И, подумав, уверенно добавляет: «Но от меня ты никуда не денешься. Дочитывай свои книжки»…

***

В родном институте было пустынно.