Старухи

А с другой стороны, чего зациклились на политике?

Подумала даже выйти к ним и спросить: «Зачем столько времени, которого и так осталось мало, спорить о том, что уже не имеет для нас никакого значения? Есть много других важных тем! Например, дети… Ещё можно про животных поговорить. Вот собаки, кошки… О природе надо говорить. Мы её плохо знаем. Писатель Солоухин знал каждую безымянную травку. Знал и понимал, для чего каждая из этих травок и былинок появилась на свет. А мы? Мы даже деревья не всегда отличаем друг от друга…»

Но не вышла Елена Олеговна к старухам, и потому ничего им не сказала.

Старухи замолкли. То ли сказали обо всём, что знали, то ли передохнуть решили… Пауза… Хорошая такая, красивая…

– И что же там происходит?.. – ни с того, ни с сего, непонятно про что, задумчиво глядя на озеро, спросила Гламурница.

– Где там? – так же отрешенно поинтересовалась Анна-Историк.

– Где-где? – лирично переспросила Нинка, и сама же ответила на вопрос. – В п. де.

– Что происходит там, меня давно уже не интересует… – печально призналась Гламурница.

– Она про мировую закулису говорит, – шутливо объяснила Нинке Историк.

Ольга-Политик, услышав слово «закулиса», живо подхватила тему:

– Пока эту закулису не уберём, ничего у нас с вами не получится!

– Это правильно, – согласилась Хулиганка. – Сейчас посидим, скамейку пропердим, как следует, и пойдем закулису убирать.

– Ее никто, кроме Бога, не уберёт, – сказала матушка Евдокия, – а поэтому давайте еще помолчим.

И тут закричала Ольга:

– Для тебя твой покой – самое главное! А жизнь – это борьба! Слышишь?!

– Ничего она не слышит, – вступилась за подругу Нинка, – а потому попроси для неё у мировой закулисы слуховой аппарат.

Старухи засмеялись. Этот смех разозлил Ольгу.

– А-а-а! Аппарат вам нужен! У вас только материальные озабоченности!.. Да ещё сексуальные!

Старухи захохотали!

– Ой, не могу!.. – стонала Анна-Историк. – У меня – точно! Сексуальных даже больше, чем материальных!

– Я просто обоссалась! – прокричала сквозь смех Нинка.

– Да пошли вы в задницу, – сказала обреченно Ельцинистка-Ольга и заковыляла по дорожке к центру деревни.

– Так бы и накостыляла ей! – совсем не зло проворчала Нинка. – Больная, так пусть лечится!

– Где ж ей лечиться? – спросила Гламурница Людмила. – В лесу?

– В лесу много хорошего, – сказала старушка-Бомжонок. – В лесу можно лечиться. Более того, кроме леса здесь у нас с вами нет союзников.