Тайная жизнь Дилана Бладлесса

Глава 8

Снова в тур. Нас ожидает выступление на одном из крупнейших европейских фестивалей и с десяток клубных концертов.

Мы сидим в самолёте. Я между Лейтоном и Дугласом. Терпеть не могу сидеть у окна или прохода. Остальные члены группы впереди нас. Гитарист берёт газету, предложенную бортпроводницей, читает. Дуг с ноутбуком на коленях составляет какие-то сметы, ребята впереди нас смеются. Я надеялся поспать, но снотворное осталось в чемодане, а без него здесь не уснуть. Вопли детей в салоне меня раздражают, и я думаю, почему бы не сдавать их в багаж вместе с собаками.

– В Аризоне пойман человек, убивший трёх девушек, – читает вслух Лейтон. – Им оказался двадцатичетырехлетний житель Глендейла, который, как установило следствие, привёз жертв в нежилой дом на окраине города, где нанес им несовместимые смертельные увечья.

– Я думал, все эти убийства, походящие на сюжеты для фильмов ужасов, и серийные маньяки остались в прошлом, – не поднимая глаз от ноутбука, говорит Дуглас.

– Мечтай, – отзываюсь я.

– Удивительно, – Лейтон листает газету дальше. – Люди не боятся ничего: ни правосудия, ни гнева божьего.

– Гнева божьего, – фыркает впереди Джей. – Не смешите.

– На самом деле про такие вещи ещё очень мало пишут, – говорю я. – А между тем насильственных смертей по стране огромное множество. И это не бытовое насилие, а именно – дело рук маньяков, многие из которых до сих пор остаются неизвестными и орудуют в разных уголках страны.

– Откуда такие познания? – оборачивается Майк.

– Наткнулся на пару специализированных сайтов.

– Так вот, оказывается, что ты делаешь в Интернете! – улыбается Энди. – Мы-то думали, он смотрит порно, а он читает всякую чернуху!

– Я даже и не знаю, что хуже, – бормочет себе под нос Дуглас.

– А хуже всего то, – пропускаю колкость басиста мимо ушей.

– Ди-ка-ри, – по слогам произносит Джей.

– И этот мир вы собрались менять, – Дуглас, наконец, откладывает ноутбук и принимается за принесённый бортпроводницей обед.

– Мир не слышит нас, – качает головой Лейтон.

– И не услышит, пока мы будем просто петь песни! – восклицаю я.