Тайная жизнь Дилана Бладлесса

Но Дуглас не ждёт у гримёрок, чтобы подать мне полотенце. Я слышу, как он ругается с кем-то в соседней комнате. Кажется, весь алкоголь вышел вместе с потом через поры, я снова свеж и готов выпить всё то, что приготовлено на «послеконцерта».

– Дил, ты в порядке? – внезапно спрашивает меня Майк.

– В полном, – отвечаю я. – А что?

– Ты выглядишь каким-то… – гитарист подбирает слова. – Потерянным.

С чего он сделал такие выводы? Я чувствовал себя превосходно. И лишь взглянув в зеркало, я понял, почему он спрашивал.

Вот так я впервые вышел на сцену в нетрезвом виде. Странно, и жаль, что это произошло так поздно, ведь я, как и говорил Бен, действительно стал видеть яснее.

Впоследствии выпить бутылку чего-нибудь крепкого перед выходом на сцену стало для меня нормальной практикой. Коллегам по группе это не нравилось, но что мне до их мнения, когда концерты стали намного зрелищнее? Я делаю всё ради того, чтобы зрители были довольны.

– Дил! – уже в третий раз зовёт меня Дуглас. – Очнись, чёрт возьми!

Я поднимаю глаза от книги. Эта мрачная история полностью затянула меня. Подумываю о том, чтобы попробовать себя в роли режиссёра и экранизировать её.

– Дуглас, – подходит к нему организатор, я забыл её имя. Марла? Майра? – Вся группа поедет на интервью или нет?

– Нет, только Дил, Лейтон и Майк.

Видимо, этот состав её устраивает, и она начинает звонить какому-то Риду, очевидно, журналисту.

– Как её зовут? – наклоняюсь я к менеджеру.

– Мэнди. И приведи себя в порядок, вас будут снимать.

Недоуменно оглядываю себя: а что со мной не в порядке? Ну да, джинсы немного грязные, это потому что я опустился на одно колено, чтобы завязать шнурки, и лак для волос следовало смыть ещё вчера, но у меня не было возможности.

Мы выходим на остановке перед радиостанцией, а вэн едет дальше.

– Рид, – щебечет она в трубку. – Мы на месте, выходи, встречай нас.

Через минуту в дверях появляется Рид, высокий молодой человек, который, похоже, давно откладывал поход в парикмахерскую, но при этом растрепанные волосы которого всё равно смотрелись потрясающе. Я невольно дотронулся до своих.