Записки генерала Жихарева. Роман ужасов

Жихарев, тем временем, упорно овладевал подобранной для него специальностью. Сталин постоянно интересовался пашкиными успехами.

– Для того, чтобы приготовить противоядие – надо знать состав яда, – наставлял он подопечного. – Поэтому учись готовить яд! Не только быстродействующий, но и такой, который подействует через несколько месяцев.

Периодически Жихарев приносил ему яды и демонстрировал свое искусство на белых мышах. Хозяину это нравилось. В конце апреля 1923 года Сталин вызвал Пашку к себе. Хозяин был в бешенстве.

– Какая сволочь пишет ему статьи и речи?! Ведь он ничего, кроме: «Вот-вот» не говорит! Писать не может – даже свою подпись не может поставить! – метался по кабинету Сталин. – С этим надо кончать! Жихарев! Когда сможешь сделать медленно действующий яд?

– Завтра к полудню, – ответил Пашка.

Он понял, кого Хозяин имел в виду. Понял также, что если откажется, – ему не жить.

К двенадцати часам следующего дня Жихарев принес яд, способный вызвать кровоизлияние в мозг через два месяца после его приема.

Тогда же, в июне 1923 года Жихарева послали в командировку в Грузию. «Дворяне подняли там восстание, – напутствовал Пашку Хозяин. – Руководитель ОГПУ республики – мой шурин Реденс – слабый человек. Но есть там сильная личность – начальник спецотдела Лаврентий Берия. Он молод, энергичен, беспощаден к врагам.

На вокзале в Тифлисе Жихарева встретил Берия – изящный грузин с пронзительным взглядом.

– Можно доложить товарищу Сталину, что восстание подавлено, – сказал он после традиционных приветствий. – На сегодняшний день около десяти тысяч пленных мятежников сосредоточено на станции Ткварчели. Столько же их погибло в ходе боев. Семьи мятежников высылаются в Сибирь и Соловецкий дом заключения.

Отдохнув с дороги, Жихарев в сопровождении Берии направился на станцию Ткварчели. Ехали в салон-вагоне, принадлежавшим при царизме наместнику Кавказа. Раскинувшись на диванах, пили коньяк, курили иранские папиросы (тоже из запасов наместника), любовались красотами Кавказа.

– Много их скопилось – несколько эшелонов на запасных путях. Городская тюрьма переполнена. В Тифлисе проще – расстреливаем по полторы тысячи в день.