Рукотворный. Стихи и поэмы

Там трактора и птичьи трели,

Искрится пашня, как стекло.

И шум, и тихо, и светло,

И собрались на пир апрели.

    1979

***

Не убьете меня. Не найдете.

Я живу в темных водах Лох-Несс.

Снятся волны до самых небес,

Ну а в небе – русалка в полете.

Обожженные солнцем народы!

Как спокойней, светлей и вольней

В ненадежной стихии моей

Вне надежных законов природы!

    1979

***

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне.

Сергей Есенин

«Ходить здесь надо осторожно.

Вот в легкой зелени пырея

Сверкает будто бы дорожка —

Канава топкая, чернея,

Где трактор землю грыз, а ныне

Стена отвесная нависла.

Здесь летом душно, как в пустыне,

И воздух тут от пыли кислый,» —

Рассказываю терпеливо

Ученикам про жизнь болота,

А солнце сверху – с рыжей гривой:

От пыли стерлась позолота.

Раскрылась пасть – корми машину.

Мелькает торф, как будто птица.

Я в передышку фото выну —

Миг, что ушел и ночью снится.

И в нем, беспечный и бездумный,

Устойчиво, как скифский камень,

Стоит мальчишка, чуть угрюмый,

С привычными к труду руками.

Ходить не будет осторожно:

Он знает, где среди пырея

Сверкает будто бы дорожка —

Канава топкая, чернея.

Он видел, как слегка у края

Уж воду колыхнул в карьере.

Он рос, трудясь, а не играя,

Открыт добру, любви и вере.

Когда менялся запах лета

На предосенний, предморозный,

Для девочки чернявой Светы

В болото лазил за рогозом.

Но вот крутнулась пыль по следу,

И торф – на новую машину.

Работают устало дети,

Я с ними гну на солнце спину.

И кажется, что на коне…

Так нет, здесь кони не проскачут.

Живет и будет жить во мне

Мальчишка, верящий в удачу.

    1979

Возвращение

Были клятвы, но не было крови.

Помню, в тенях широких стволов

Первый раз целовал твои брови,

Растерявшись от счастья, без слов.

И теперь вот последние метры,

Вот и свет сквозь вечернюю мглу.

Здесь по-прежнему теплые ветры

Те же песни поют на углу.

Длинной кроны дырявые тени,

И в тени, под заборной доской,

Слабый голос – красавицы Жени,

Сильный голос – мужской.

Стал я тихо в глуши поворота.

Да, бесспорно, целует она

Да и, кажется, глупое что-то

Шепчет в ухо, совсем как жена.

На пороге двусмысленной славы,

Как за пазухой Бога, лежит,

А над ними, как страж многоглавый,

Вяз раскинул взволнованно щит.