Волшебная колесница

КИНОРОМАН

Наперекор ночным виденьям

Поэт слезает с потолка,

И на воротах кинобудки

Он пишет тайные слова.

Его слова упрямо строги

И слышат задом наперёд.

И нет в округе девы краше

Поэт чей образ бережёт.

Он знает, что она не дремлет

И напролёт сидит в кино.

И ранним утром у окошка

Она наденет кимоно.

Ей всё к лицу: и сна утрата,

И слов нездешних суета.

И дарит луч надежды пряной

Её победная коса.

Но переменой ветер дышит;

Поэт сбирается в полёт,

И на прощанье деве дарит

Он слов своих надёжный свод.

НОЧНАЯ МОСКВА

Добрый день, певцы столицы,

Здравствуй, мокрая вода.

Вверх ногами веселится

Вся подземная Москва.

Вечер будет то, что надо:

Наведёт мосты река,

И шотландец в длинной юбке

Заволынит трепака.

Заведёт солдат пружину

И носильщик бросит кладь.

Прыгнет барышня в корзину,

А матрос начнёт икать.

Всем им было недосужно

Нынче ночью танцевать…

Значит, завтра вновь придётся

В реку чайники бросать.

КУМИР

Друзья! Подобный изваянью,

Певец летит к нам с потолка,

Роскошным цветом одеянья

Пустив именье с молотка.

Певец нам многое прощает,

Он сонмы девушек зовёт,

И у него в кармане тает

В помаде шоколадный торт.

Подобно статуе, он нежен,

И речь его слегка сыра,

И на его подмётках тает

Грязь подмосковного села.

Так встретим мы его достойно

И бросим статую в окно!

Пускай её поглотят волны,

Мы ж станем пить себе вино…

ЛЕДИ

Чуть подует с моря ветер,

Гнутся вилкой провода,

И бегут со смехом леди

На зелёные луга.

То-то будет им приволье,

Раскидав вокруг слова,

Шляпки новые повесить

На корову мужика.

А затем зарыть ботинки

И в песке их позабыть,

И босой ногой картинки

Непристойные чертить.

Жаль, что редко дует ветер,

Гнутся вилкой провода.

Что рисуют эти леди

Не узнать нам никогда…

СЕТТЕР

Там, где играет вольный ветер

И горы двигает орёл,

Там ждёт в тени печальный сеттер

И пьёт украдкой свой кагор.

Ему бы волей насладиться,

Бежать как ветер сквозь забор,

Где вол упрямый вяжет спицей

И кур поёт свободный хор.

Но, весь в сомненья погружённый,

Лежит наш сеттер, недвижим.

Он меланхолией разъеден

И не меняет свой режим.

Пора, пора ему проснуться

И бросить лень свою на дно.