Танго со шваброй, или Монолог уборщицы. Стихи и сказки

И пусть не поняты твои слова любви,

И пусть напрасны были все признания,

Живи и смейся, всем назло живи,

И пусть остынет сердце от страдания.

Закаменелой черствою душой,

Пиши стихи и разрывая память,

Иссякнут слезы, обретя покой,

Воспоминанья перестанут ранить.

Цветущей лжи разбиты зеркала,

В осколках острых отраженье сердца,

Ты столько зря надеялась, ждала,

Держа всегда открытой настежь дверцы.

Ты столько отдавала в пустоту,

Дарила каждый раз себя напрасно,

И каждый раз ты верила в мечту,

И отдавалась безудержно, страстно.

И тем больнее падать каждый раз,

Когда ты словно брошенная кошка,

Была гонима прочь с любимых глаз,

Всё было ложью, просто понарошку.

Так сколько можно унижать себя..

Не плачь – шепчу – и поднимись с коленей,

Пусть плачут те, кто прожил не любя,

Не стоят твоих слез и преклонений.

И пусть последней горькою слезой,

Прольется стих на белую бумагу,

На сцену, освещенную грозой,

Под занавес ты выйдешь твердым шагом.

Ангел – хранитель

Я сижу на краю пропасти, на коленях у меня

лежат два больших, белых, красивых крыла. Я

выдергиваю по одному перышку, словно гадая

на ромашке – любит/не любит… И я заранее

знаю ответ… Но… Пока бьется сердце надежда

живет…

Мой ангел стар и вечно пьян,

Бубнит всегда – не плачь, прорвемся,

Не страшно, жизнь не океан,

А значит мы не захлебнемся.

И свесив голову на грудь,

Мой ангел с храпом засыпает,

У нас один с ним в жизни путь,

Но он меня не охраняет.

Уже давно ослеп от слез —

Так много за меня он плакал,

Он много боли перенес,

И я как поводырь – собака

Его теперь веду с собой,

Везде, куда бы ни случилось.

Мы крепко связаны судьбой.

Ну да, вот так у нас сложилось.

А был он молод и силен,

Меня всегда от бед спасая,

Мечтали вместе – я и он,

Что вот придем к воротам Рая.

Всегда смеялся и шутил —

Ну что расклеилась, старушка!

Но, видно, выбился из сил,

Моё плечо – его подушка.

Когда-то пили с ним вино,

Когда-то в прятки с ним играли,

И словно мы в немом кино,

Без слов друг друга понимали.

В болезни рядом день за днем,

В моём приткнувшись изголовье,

Он ангельским своим теплом,

Хранил меня своей любовью.

Но, видно, исчерпав лимит

Тепла, добра, любви и света,

Сказал – морально я убит.

И сгинул прочь с порывом ветра.

Оставил два своих крыла —

А вдруг..а может..