Неведомый

Их потащили прямо с заседания. Должны были рассматривать финансовые вопросы, но вместо этого король притащил ворона – настоящего ворона! – в Залу и обвинил Десять пердунов в заговоре против короны. Каково, а?

Тит поболтал вином в чаше. Хорошо бы его подогреть, но сойдет и так.

– Такую новость надо запить, – сделав последний глоток, Тит отставил пустую чашу. – И желательно не одной бутылкой. Я так понимаю, у Абнера появились ко мне претензии?

Джерди пожал плечами. Отыскав единственный приличный стул, он подтащил его к камину.

– А ты почитай, милорд, вот и узнаешь.

Тит вскрыл первый конверт и фыркнул.

– Нет, сегодня вечером я обязательно напьюсь.

– Так ты уже. – Джерди указал на пустую бутылку из-под сивой воды и ее сестер, валявшихся неподалеку.

– Да брось, меня не так легко одолеть. – Тит пробежался еще раз по строкам и засмеялся. – Ну ты только послушай! Король Веребура обратился за помощью к Трем сестрам. Ему внезапно понадобились корабли. Боевые, а не торговые. И те сразу же побежали его сдавать Мегрии.

– Нашел чему радоваться. – Джерди кивнул на второй конверт. – Ну а там что?

Тит поднес письмо ближе к свету – на этот раз почерк оказался не королевский. Тацианская вязь, которую он не видел уже несколько лет. И рад бы не наблюдать еще столько же, но боги никогда не были милостивы к Титу. Ему понадобилось несколько минут, прежде чем он снова смог заговорить. Голос сел, и язык едва ворочался, касаясь пересохшего нёба.

– Это из Паучьей крепости.

Джерди, ковырявший столешницу, замер. Моргнул раз, другой, точно испуганная птица.

– Неужели?..

– Да. Отряд выехал два месяца назад с королевским поручением. И с моей дочерью.

Рунд едет сюда – Тит ждал и одновременно боялся этого так долго, а сейчас, когда она и вправду отправилась домой, ничего не почувствовал. «Домой, скажешь тоже».

Тит аккуратно сложил последнее послание и посмотрел на Джерди. Тот, поняв все без слов, встал и заторопился.

– Пожалуй, пойду. Посмотрю, сменился ли караул.

Ходил Джерди забавно – вразвалку, точно медведь. Улыбался чаще, чем Тит, но из них двоих сердце было только у одного. Тит смотрел, как Джерди, отряхиваясь, торопился покинуть комнату. У двери, однако, он остановился и обернулся.

– Уверен, Рунд все поймет. Она выросла, Тит. Поймет и простит.

– Конечно. – Тит постарался, чтобы голос его звучал уверенно. – Она поймет.