Хроники Эспартания (калейдоскоп судеб)

В тот же самый вечер дед вернулся на машине в Эль-Рольо в сопровождении Сержанта. Они не перемолвились об этом ни единым словом ни тогда, ни потом. Выйдя из машины, дед обернулся, его лицо было деформировано от ударов, и, будучи не в силах говорить, он положил руку Сержанту на плечо. Этим жестом было все сказано.

Когда дед поправился, он стал думать о том, что делать с оружием. Красный не хотел давать новый повод фалангистам из Бульяса. К тому же один раз его уже увели, и он не хотел подарить им второй шанс.

Дед все раздумывал, как поступить с оружием, когда однажды, весной 1939 года, по прошествии первой недели мая, на пороге дома появился Дамиан. Был закат, и его фигура сливалась с тенями заходящего солнца. Бабушка Амалия Хесус сразу же его узнала. Она его больше, чем узнала, она его почувствовала. Он шел пешком с фронта, из Мадрида. Бабушка заключила сына в объятья и осыпала поцелуями. Ее Дамиан был жив! Она залечила его раны и язвы на ногах.

Дед ждал сына на крыльце дома. Шахты были закрыты, и работы не было. В поле было мало дел, и Антон Красный еще не совсем оправился от ударов, которые получил от фалангистов.

– Дамиан, жандармы говорят, что мы должны сдать оружие, которое есть у нас дома. Уже прошел срок, я его не сдал и не собираюсь этого делать. Сегодня ночью мы спрячем его в диких кактусах. Надо смазать его маслом и завернуть в масляные тряпки, чтоб оно как можно дольше сохранилось.

– Отец, война проиграна, и надолго. Мы так быстро от нее не оправимся. Как вы скажете. К тому же ежели мы его сдадим, нам вдобавок ко всему еще дадут слабительного… у меня нет большого желания доставлять им такое удовольствие…

– Тогда так и поступим, сегодня ночью мы его закопаем, а Бог решит.

Так они и сделали. Закопали оружие в диких кактусах не очень далеко от дома, на тот случай, если оно срочно понадобится.

Огнестрельное оружие деда, два ружья и три пистолета никогда не попали в руки врага. Дед в качестве акта сопротивления предпочел спрятать его, а не сдать, чтобы воспользоваться им при необходимости. К счастью или к несчастью, в зависимости от того, как на это посмотреть, оно больше никогда не пригодилось.