Форексмен

 – Хотя у некоторых городов с населением больше миллиона есть хороший потенциал для повторного проведения встреч. Но таковых на карте России мало, а страна большая, и проделывать тысячу километров ради одного-двух семинаров не выгодно.

– Но ведь, так или иначе, придется ехать обратно?

– Не совсем. – Константин свернул полотно в трубочку и приступил к складыванию элементов каркаса в футляр. – «Мерседес» снимается с учета в ГАИ Владивостока, для него там уже есть покупатель, а мы с Кирой садимся на прямой рейс до Москвы.

– Продуманно, – с одобрением кивнул Филипп. – И сколько раз вы уже так делали?

– Вояж по территории России совершаем вторую осень подряд. Зато в Москве, Питере и нескольких крупных близлежащих городах встречи проводим регулярно.

– На это уходит уйма времени. Когда же торговать? – удивился Филипп.

Кира поправила волосы и улыбнулась. Константин взглянул на нее, словно спрашивая разрешения ответить. Она тонко шевельнула своими пышными ресницами, и Костя кивнул:

– А кто говорил, что я торгую?

– Вы, на протяжении полутора часов.

– Я скоро позабуду пароль в свой торговый терминал, на счету которого у меня с давних времен завалялось несколько долларов.

Филипп поднапряг лицевые мышцы, дабы подхватить отвисающую челюсть.

– Разве люди, приглашаемые мной на выступления, стали бы меня серьезно воспринимать, скажи я им, что не торгую? Ответ очевиден. – Константин покосился на дверь и заговорил тише: – Прозвучит парадоксально, но как только я перестал торговать на валютном рынке, он начал приносить мне доход.

– Извините, но с таким ханжеством сталкиваюсь впервые, – усмехнувшись, мотнул головой Филипп. – Людям рассказываете, будто торговля на Форексе сулит большие деньги, а сами твердо убеждены, что это не так.

– Сейчас скажу то, что окончательно тебя запутает, – предупредил Константин и расправил плечи. – Торговля на Форексе действительно сулит большие деньги. Это не обман. Там действительно колоссальные возможности. Вот только открываются они не каждому, а если открываются, то ненадолго. Скажу так: из ста человек, решивших заняться валютной торговлей, при условии, что они вложат туда все свои силы и средства, восемьдесят в первый же год станут банкротами.