Николкины рассказы. Рассказы для детей

Все взрослые и я заранее знали, что «душа» достанется, конечно, мне, потому что я самый маленький, а других детей у них ещё не было.

После того как мы съедим весь арбуз, бабушка надевала очки, брала острый нож и тут же на досочке резала арбузные корки на мелкие кубики, собирала их в небольшой тазик, чтобы потом высыпать остатки нашего десерта курам и уткам.

Бабушка подходила к изгороди птичьего двора и звала: «Цып, цып, цып, цып, цып…». На её «цып, цып» из сарая выбегали заполошные куры, цыплята. Кудахтая, взмахивая крыльями, наперегонки они бежали к тому месту, куда бабушка высыпала измельчённые корки арбуза.

На Чукотке ведь кур нет, и мне было очень интересно наблюдать, как птицы, толкая друг друга, клевали «упавшую с неба» еду.

Я стоял рядом с бабушкой и сквозь изгородь наблюдал за происходящими на птичьем дворе событиями.

Интересно, думал я, а как это куры и цыплята слышат бабушку? Ведь у них нет ушей на голове. Есть клюв, глаза, гребешок, а ушей-то нет. Странно как-то. Может быть, у них гребешок вместо ушей?

Я толкнул бабушку в ногу и спросил:

– Бабуль, а укуруши есть?

– Что? – не поняла бабушка.

– Я говорю: укуруши есть? – повторил я вопрос.

Бабушка внимательно на меня посмотрела, на секунду задумалась и сказала:

– Пойди у мамы спроси…

В это время моя мама жарила пышки на летней кухне.

Я подошёл к маме и говорю:

– Мам, укуруши есть?

– Что? – строго повернулась ко мне мама.

– Укуруши есть? – снова спросил я.

Мама очень серьёзно на меня посмотрела и, ничего не сказав, молча отвернулась, чтобы перевернуть на сковороде подрумянившуюся пышку.

Потом мама сунула мне в руку одну из остывших пышек и сказала:

– Иди на улицу, тут жарко…

Я растерянно стоял в дверях кухни с пышкой в руке и не знал, что мне дальше делать.

Я не мог понять, почему никто не хочет ответь мне на простой вопрос: есть у кур уши или нет.

Постояв в раздумьях, я набрался смелости, снова подошёл к маме и решительным голосом ещё громче спросил:

– Мам, а укуруши есть?

Мама повернулась ко мне и неожиданно как треснет меня по затылку рукой, а потом как закричит:

– Какие такие «укуруши»? Ты чего ко мне пристал: «укуруши», «укуруши»! Нет у меня никаких «укуруш»! Иди у бабушки спроси! У меня пышки горят!

Тут я уже не выдержал и как заревел:

– Что же это такое! А-а-а… Никто не хочет со мной разговаривать, а-а-а… Никто не может мне ответить на простой вопрос!

На мой рёв в кухню вбежала бабушка.