Дилогия невроза. Часть I

Мне удалось получить идентификационный номер той барышни. Но если по-простому – я узнал её номер мобильного телефона. Одна СМС с моей стороны и куча звонков, оставшиеся без ответа. Её настырность поражала, но чувства, выданные мне, уже были невзаимными. Конец общения со всем женским коллективом и конец первой стадии.

Вторая стадия была более усугублённой и невероятно горькой на вкус. Я просто узнал о смерти одного из более старших родственников. Не буду пальцем тыкать, кто это был, но ни на похороны, ни на могиле я так до сих пор не был.

Третья стадия и окончательный акт в полной интровертизации моего организма и сознания. Это было банальным принятием всего, что произошло и полное абстрагирование от знакомств с новыми людьми. Я перешёл к стратегии «пассивного ожидания». Следуя этому учению, люди сами знакомились со мной. Узнавали меня только самые терпеливые. Меня не понимали многие, но принимали таким.

Звонок в дверь. Пришёл наконец-то. Вот сейчас я его загружу настолько, что снова начнёт беситься и откажется от очередной, несостоявшейся попыткой вытащить меня на улицу.

Стоило мне только встать, как все пузыри во внутренностях полопались. Мне везёт, что мышцы не атрофируются. Стоит мне совершить один рывок, и как я уже открываю дверь незнакомцам, но в этот раз снова силуэт знакомого. Я лишь открыл дверь и вернулся на излюбленное место на диване, с краю, слева. Он как всегда – непринуждённо скинул верхнюю одежду и прошёл в зал, который многие любят называть изощрённым словом «гостиная».

– Чем занят? – всегда я его сравнивал с этим вопросом, ведь наши все разговоры начинаются с этого.

Я уже продумал кровоточащие ответы для его мозга, но как-бы и себя не задеть.

– Конфликтую с тремя альтернативными личностями, – напряжение в его глазах уже начало прослеживаться.

– Не понял, – как я и сказал, напрягся и насторожился, как собака во дворе деревенского дома, которая услышала шум за воротами.

– Они до сих пор недоумевают, почему я умею говорить.

– Ты что-то принял? – он кинул подозрительный взор на меня.

– С такой удачей как у меня я вообще мог бы целый день на диване валяться, – его недоумение достигло пика Олимпа, а я потягивался на диване, думая о завтрашних думах.

Донеслось до слуха приглушённое открытие входной двери, сопровождающийся таким же приглушённым и скрипящим звуком от петель, на которых уже как с двадцать лет эта дверь висит. Я могу предположить только пару вариантов, кто мог заявиться в обитель невроза и фантазии.