Юрий Сонин

Он предложил ей дружбу и свиданья

Галочка отнюдь не возражала,

Но всякий раз с улыбкой отражала

Его по-детски робкие лобзанья.

Не знал герой наш, что хотеть от Гали

И он все силы оставлял в спортзале.

35

Но к осени уехала Галина,

И Юра одинокий и несчастный

Бродил по берегу со скорбной миной

В немой тоске безмерной и ужасной.

Прошло три дня и поутихло горе.

Размылось горе первыми стихами.

В них были слёзы, ветер, осень, море,

Тоска любви к непостижимой даме.

И дама эта – не совсем Галина,

Была в стихах поближе к идеалу.

И плавно становилась мал-по малу

Сильваной больше, чем наполовину!

И Юра перед сном и на досуге

Не может вспомнить личико подруги.

36

А тут диплом, спортзал-соревнованья.

Жизнь подхватила Юру, завертела.

И где-то в прошлом слёзы, расставанье.

Прощай, любовь! Теперь важнее дело!

Неслышный бег потока временного –

И техникум за первым поворотом.

А Юру на этапе жизни новом

Судьба несёт в армейские ворота.

Разрядник, комсомолец и отличник,

Он в дальнюю дорогу не отправлен.

В родной Одессе он служить оставлен,

И в часть свою прибыть он должен лично.

Ещё не понял Сонин, что свободу

Сегодня он теряет на три года.

37

В большой казарме – этак метров двести,

Двухъярусные койки – эстакады.

Их столько, что, пожалуй, и не счесть их.

Большой проход, спортивные снаряды.

Солдаты – деревенские ребята,

Бездушной силой грозного приказа

Заброшены сюда военкоматом

Из Балтии, Сибири и Кавказа.

Им всё здесь неизвестно, чуждо, ново:

Шинели, карабины и портянки,

Ефрейторы, перловка, пушки, танки,

Командный окрик резкий и суровый.

Здесь в основном «салаги» размещались,

Но «деды также изредка встречались

38

На третий день подъёмов и отбоев

Ю.Сонин одеваться научился,

Все тонкости осилив и освоив,

Поспорить он с ефрейтором решился.

«Подъём!» – команда. Взвод засуетился,

А Сонин: «Хватит. Я уже умею».

От этих слов ефрейтор взбеленился:

«Солдат, на выход! Я тебя согрею!»

Ефрейтор Кукла весь в значках, как идол,

Решил солдата на бегу измучить:

«Солдат, за мной!» – и ну по полю жучить!

Отличный темп он для начала выдал.

Но не учёл завистник глупый Сада

У Сонина спортивного разряда!

39

Нарезав круг до дальних переходов,

Во тьме ночной ефрейтора оставив,

Пришёл в казарму, помянул свободу

И спать улёгся Сонин против правил.