Юрий Сонин

Кто его осудит?

Завод ему не очень интересен.

Спасают только творческие взрывы.

В такие дни, не ведая сомненья,

Он делает свои изобретенья

Свободно, просто и почти игриво.

А после, пару месяцев активно

Их весь отдел доводит коллективно.

22

Проекты утверждаются по чину,

И в производство вводятся неспешно.

И для унынья вовсе нет причины,

И внешне всё идёт вполне успешно.

Но в сердце Сонина нет мира и покоя,

Как дальше жить? Чему скорее верить?

Он знает, что страдание такое

Способна только музыка умерить.

И по своей привычке многолетней

Идёт он в филармонию в субботу

(Сюда проложен путь, как на работу

И в снег, и в слякоть, и порою летней).

Волшебный мир! И Юрина тревога

Не преступает этого порога.

23

Здесь Бернардацци самобытный гений

Сказал своё значительное слово.

На Пушкинской каскад его творений –

Гостиница и зданье биржи Новой.

На бирже много лет, как не ведётся

Торг о зерне, об экспорте, о грузах.

А комплекс филармонией зовётся

И беззаветно служит только Музам.

В каррарский мрамор, камень, терракоту

Фасад его оправлен золотистый.

Тосканской готики узор лучистый

И окон стрельчатых надменная дремота.

Гранитные ростральные колонны

Надёжно держат купол многотонный.

24

Сегодня в филармонии лекторий.

Его проводят по абонементам.

На свете нет других аудиторий,

Где собран полный цвет интеллигентов.

«Весь город» на концертах здесь бывает.

И вечер пропустить совсем не гоже.

И музыку здесь каждый понимает.

И жить без музыки не хочет и не может.

Чтоб к музыке высокой приобщиться,

Сюда, как в светлый храм приходят люди

Из разных сфер и самых разных судеб –

Прекрасные, значительные лица!

Здесь меж собою многие знакомы

И чувствуют себя совсем, как дома.

25

Профессор Готлиб с тростью неизменной,

Андреев – Юрин шеф – его приятель,

Старик Флейшмахер, весь в своей вселенной,

Жванецкий – начинающий писатель,

Консерваторцы. Мамы музыкантов

Своих детей к искусству приобщают,

А смех и слёзы будущих талантов

Им взрослые с улыбками прощают.

В фойе водоворот людей нарядных

Проходит в ярком свете люстр хрустальных.

Сияет белый мрамор ниш зеркальных,

И гул толпы уютный и приятный.

Но время начинать. Звучат сигналы,

И люди дружно заполняют залу.

26

Огромных окон витражи цветные,

Скульптуры Эдуардса, Менционе,

Карнизы и люнеты расписные,

Барочные торшеры на балконе.