Страна мечты

Она показала на один из стульев, стоящих тут же – напротив дивана, и, протянув руку к маленькому столику, взяла с него колокольчик и позвонила.

– Спасибо! – поблагодарила Ольва и села. – Какая милая кошечка у Вас!

– Это кот, – поправила Крэнс. – Вас не раздражает присутствие животных?

– Нет, нисколько, – Ольва, не зная, как поддержать беседу, взяла веер и начала обмахиваться. – Душновато здесь…

– Да, но здесь всегда такая атмосфера. Как же я завидую Вам, графиня!

– Мне? – Ольва сказала бы про себя в этот момент, что «чуть со стула не свалилась».

– Да, Вам. Луга, леса, горы – Вы жили так привольно! И никаких премьер-министров вокруг, статс-дам… Я бы с удовольствием уехала в наш старый замок, но мой отец – комендант королевского дворца, и я вынуждена была быть при нём и стать фрейлиной… Как бы я хотела, чтобы его отослали, как графа Лесов! Но его никогда не отпустят.

– Почему? – наивно спросила Ольва.

Её собеседница грустно рассмеялась и сказала:

– Видно, что Вы не жили при дворе… По долгу службы он знает все тайны этого здания.

Ольве показалось, что в комнате, действительно, очень душно. Она быстрее замахала веером.

– Что же служанка не идёт? – Крэнс снова позвонила в колокольчик. – Приезд царицы всех ошеломил, похоже, даже слуг.

– А! – вдруг догадалась Ольва и посочувствовала. – Вашему отцу, наверное, не сладко пришлось? Он, вероятно, не знал о существовании хода, и ему поставили в вину…

– Он знал.

Вот тут Ольва, действительно, чуть не упала со стула, она сложила веер и вытаращила глаза.

– Такие вещи полагается знать только коменданту и членам королевской семьи, а граф Блэст к ним не относится. Лишь случай сделал его регентом.

– А… – юная фрейлина царицы часто заморгала, соображая, но тут услышала сзади шаги и, вздрогнув, обернулась. Это была всего лишь горничная.

– Проводите её сиятельство в голубой зал, где сейчас королевский приём, – сказала ей Крэнс.

– Спасибо, графиня! – Ольва встала.

Девушка не договорила, задумавшись. А потом уверенно повторила:

– Да, пусть они сбудутся!

– Благодарю! – Крэнс слегка приподнялась и улыбнулась. Её видимо изумила эмоциональность Ольвы.

***

Чендж махнула музыкантам и запела:

Широка и глубока,

как река, моя тоска.

И прозрачна, и светла,

как вода, моя слеза.

Говорил что – позабудь.