Страна мечты

Лицо её вновь побагровело и приобрело страдальческое выражение, но никто не обратил на неё внимания, ибо все взгляды теперь были прикованы к новой фрейлине царицы – дикой и неуклюжей, но с длиннющей, уходящей вглубь веков, родословной, в связи с чем, как поняла Ольва, ей можно было простить остальные недостатки. Даже Тсонс, услышав из уст Аники имена предков графини, изволила милостиво взглянуть на девушку, несмотря на своё недомогание.

– Вы видите, ваше величество, как трудно восстановление государственности на разорённой войнами земле, даже при том, что, хвала богам, и вечная благодарность Вашему великому отцу, условия – самые благоприятные, – продолжила Аника, обращаясь к королеве.

– Безусловно, – задумчиво откликнулась та.

– Стоит ли так беспокоиться, Вам, ваше величество, об этом? – вдруг подал голос Блэст, обращаясь к царице. – Вы построили богам такой Храм, что они, наверняка, защитят Ваше государство от любой напасти!

– Было бы слишком самонадеянно думать, что богам так нужен Храм, – возразила Аника.

– Но тогда, простите, ваше величество, за вопрос, зачем же было строить столь огромное ненужное никому сооружение? – спросил главный министр королевы, и Ольва подумала, что он ей не нравится – вид его выражал исключительную почтительность, голос был слащав, но во всём этом чувствовалась подспудная издёвка.

– Почему же – никому? Храм необходим не богам, – со спокойной улыбкой на лице ответствовала царица.

На последнем слове она сделала небольшое ударение и чуть повела кончиком веера в сторону любопытного графа, и хотя движение было мимолетным, все поняли, кого, прежде всего, она имеет в виду. Были придворные, которые не смогли сдержать улыбок, а герцогиня, не смущаясь, довольно раскряхтелась и громогласно поддержала:

– Вы правы, ваше величество! Некоторые люди сделались совершенно наглыми последнее время! Раздают привилегии и титулы направо и налево, налево и направо!

– О, здесь мы не видим особой беды, – отозвалась Аника.

Герцогиня хотела что-то возразить, но, наконец-то, пробрался сквозь группу придворных и предстал перед королевой запыхавшийся садовник. Раскланявшись, он повел их величеств и их свиты к легендарным цветам.