Любовь далекая и близкая

Поблагодарив парней за очень теплую встречу, Марина заверила их, что сделает все, о чем они ее просили, и, сдерживая предательские слезы, направилась к машине, возле которой стояли поджидавшие ее Александр с Леонидом. Вдруг сзади кто-то окликнул ее по имени. Марина оглянулась и увидела бегущих в ее сторону Наташу и Димку. В руках у них были небольшие капроновые ведерки.

– Совсем про ягоды забыла с этим фотографированием и мужиками, – пытаясь отдышаться, заговорила Наташа. – Вот насобирали вам с Димой. – Наташа передала изумленной Марине ведерки.

 – В этом клюква, а вот тут брусника, и вот еще ведерко с черникой и морошкой. Морошка, правда, уже отходит, но ее еще много. Угостите своих. Вы когда уезжаете? Сегодня?

– Не знаю, Наташа, пока не знаю…

– Тогда вот что. Если уедете завтра, поставьте ягоды на ночь в холодильник, чтобы они не закисли, ягоды-то спелые. И еще: ребята просили передать, чтобы вы на них не сердились. Дескать, наклянчили всего, навыпрашивали, вдруг она рассердится?

– Да что вы, Наташенька! У вас такие симпатичные парни! Передайте им: я буду по ним скучать и всегда помнить их.

Вы такие все здесь добрые! Можно я вас поцелую? – Марина обняла и поцеловала Наташу и по-взрослому протянула руку Димке. – Спасибо тебе за ягоды. Я думаю, мы обязательно еще встретимся, да, Дима?

В этот раз, уезжая с буровой, Смольников не гнал машину, а вел ее спокойно. То ли оттягивал время прощания с Мариной и Александром, то ли боялся, что рассыплются ягоды. Хотя все ведерки – он это видел – были обвязаны марлевыми салфетками.

– Прощаясь с бригадой и вот сейчас с Наташей, я окончательно решила, что, закончив работу над фильмом о богах, я начну снимать картину о нефтяниках, – заговорила первой Марина. – И хочу здесь остаться до утра, чтобы по свежим впечатлениям кое-что записать. Завтра или через день это будет уже не то. А вы, Александр, могли бы подождать меня утром? А утром по дороге в Пермь мы поговорили бы на «нефтяную» тему. Как вы, согласны?

– Разве вам можно в чем-то отказать? – не стал возражать Александр.

– Тогда так, – оживился Смольников. – Сейчас едем ко мне, ужинаем, сплетничаем не спеша, а утром невыспавшие-ся, с больными головами, но жизнерадостные начинаем новый трудовой день. Мы с Александром за, а вы, Марина?

– Я – против. Леонид… Просто испорчу вам хорошую компанию, зачем нужен такой гость? Даю честное слово: мне нужно сейчас побыть одной. Поверьте – я компанейский человек, но не сегодня.